Ты замираешь перед зеркалом. «Это теперь мое?» Вопрос повисает в воздухе.
Выходишь. Лира жестом предлагает пройти за стеклянную дверь. Здесь пахнет воском и лавандой.
— Снимай халат и ложись на живот. Говорит Лира растирая руки.
«Опять раздеваться перед незнакомцами…» — Ты язвительно вздыхаешь, снимаешь халат и ложишься.
Несколько тяжелых капель масла падают на спину. Лира проводит ребрами ладоней вдоль позвоночника, начинает растирать. Массирует шею, медленно спускается к плечам. Ее ладони смыкаются на спине, захватывая кожу и мышцы, прокатывают складку между руками. С каждым прикосновением из тела уходит зажатая усталость, сменяясь теплом и легким покалыванием.
Ее руки смещаются ниже, к пояснице. Движения меняются — теперь это широкие, круговые поглаживания. Пальцы погружаются в мышцы бедер, «выжимая» усталость от бесчисленных плие. От колена к тазу. Она переходит к ягодицам разминая их кулаками.
Звонкий шлепок приходится прямо по ягодице.
Глаза округляются, это вызвало некоторую растерянность и замешательство.
— Лира! За что? — Резко оборачиваешься, но тебе тут же прилетает второй шлепок.
Она пожимает плечами, и немного улыбается.
— Господин Николас велел передать. Я всего лишь исполняю его волю.
— Цитирую дословно: «Легкий шлепок для бодрости ей не помешает.»
— А второй лично от меня. — Лира рассмеялась, тебе тоже становится смешно от этой ситуации. Кажется, лед тронулся.
Остаток сеанса вы разговариваете, о фильмах, музыке, книгах. Кажется вам обеим давно не хватало просто женской компании, поболтать о всяких глупостях. Посмеяться…
— Мы закончили. Далее у тебя плавание, пятьдесят раз от края до края бассейна. Я спущусь за тобой, когда настанет время ужина.
Лира уходит. А ты идешь смыть с себя масло и переодеться.
Подходишь к краю бассейна, и опускаешь палец в воду. Вода чуть прохладная, но привыкнуть можно.
Собравшись с духом, ныряешь. Холод мгновенно сковывает тело, но заставляешь себя плыть.
На середине понимаешь, что здесь очень глубоко. Задерживаешь дыхание, погружаешься — около шести метров. Вода становится теплее. На дне среди камней замечаешь гладкий белый камень, подхватываешь его и всплываешь.
Выходишь из воды на противоположном краю.
Под ногами пружинит густой ковер мягкого мха, а вокруг ландшафт, похожий на природную расщелину: плоская площадка, обрамленная невысокими, но крутыми скалами. Касаешься черного камня. Он шероховатый, с пористой структурой, увесистый — явно вулканический. Взгляд падает на яркие пятна мха, разбросанные по камням. Проводишь по одному из них ладонью: нежность мха контрастирует с жесткостью камня.
Кладешь свой камень на валун. Минутка умиротворения — перед пятьюдесятью кругами…
Делая перерывы на то чтобы погреться в сауне ты все же справляешься с поставленной задачей. Сидишь на краю опустив ноги в бассейн.
«Как будто снова в армию попала…» — думаешь с горькой усмешкой. Да, «веселые» были времена. Ты вспоминаешь как Ева выбила тебе плече на борьбе, а потом долго извинялась. Как ты чуть не прострелила ногу инструктору, а потом была неделю в нарядах. Как вы ставили сценки к праздникам. И конечно своего наставника… Который был тебе как отец. Именно под его крылом удалось раскрыть твой потенциал.
Проводишь ладонью по воде, оставляя ряб.
«А кто для меня Николас?»
С лестницы раздаются шаги.
— Ты закончила?
— Да.
— Ты заслужила отдых, пойдем скорее на ужин.
***
Креветки с овощным рагу уже ждут на столе — золотистые, с каплями оливкового масла, рядом румяные ломтики поджаренного хлеба. Ты берешь вилку, но движения даются с трудом. Потупив взгляд в тарелку, ты начинаешь есть.
Вкус едва ощутим — все заглушает всеобъемлющая тяжесть, накатывающая на тебя с каждой минутой все сильнее. Вилка звякает о фарфор, и этот звук кажется слишком громким в этой давящей тишине дома.
— Наверное ты очень устала… — Лира мягко прикасается к твоему плечу. Тепло ее ладони пробивается сквозь ткань, словно луч солнца сквозь тучи. — У меня есть отличный травяной чай. Хочешь попробовать?
— Да… — Тихо произносишь ты.
Лира уносит тарелки и возвращается с чайным сервизом на серебряном подносе. Сервиз из тонкого белого фарфора с позолоченным ободком, чашки такие легкие, что кажутся почти невесомыми.
Она садится рядом, неторопливо наливает чай. Воздух окутывает пар, в нем ты улавливаешь запах мяты и мелиссы, а еще — едва заметную ноту лаванды и сушеных яблок. Ты вдыхаешь глубже, и с этим вдохом словно сбрасываешь часть груза. Плечи расслабляются, а дыхание становится ровнее.