Становилось жарковато.
К тому же из-за горизонта показалась целая стая вертолетов. Первый издали выпустил пару ракет – похоже, с нами решили больше не церемониться, – и они летели прямиком в грузовик.
Расстреляв остатки магазина в равнодушную рожу пилота, я покинул свою позицию и вкатился в дом; прижался к стенке – и тут же сильно грохнуло: грузовик Леклера перестал существовать. И вместе с ним запасы пива. Я успел прихватить всего две бутылки. А это уже плохо. Очень плохо! Потому что какая же это война – при ограниченных запасах пива? Да что объяснять, вы и так все сами должны понимать.
– Люлю! – позвал я в микрофончик. – Люлю, эй, Люлю! Где ты там! – Осторожно выглянул: в разрывах дыма были видны наступавшие, они бежали, уже не скрываясь, в полный рост. – Пора подумать о том, как смотаться! – Дом сотряс еще один взрыв, и в дверной проем, чуть не сбив меня с ног, влетел Тальберг: Юллиус прижимал к груди левую, обмотанную клетчатым платком руку. – Люлю, черт возьми!
– Да, Сэм! Что-то у вас там шумно! – весело отозвался наконец Шоколадка. – Опять полезли?
– Не то слово! Они нас собираются убивать! Насмерть!
– Неужели? Злые, жестокие люди! Так, срочная эвакуация! Жак! Жак! Бросай все и мотай в дом!
– Я бы не возражал… – раздался спокойный голоса Леклера; бухнул выстрел, – …если бы меня кто-нибудь, например, прикрыл… – Снова выстрел. – Малохольные!
– Двигай к двери! – скомандовал я Леклеру, и мы с Юллиусом, высунувшись, разразились стеной огня и расшвыряли в стороны оставшиеся гранаты.
Откуда-то сверху спрыгнул Леклер и, паля из дробовика от пояса, величавыми, исполненными достоинства шагами, спиной вошел в дверь.
– Люлю, мы готовы!
– Так дуйте в подвал! Крышку люка за собой только завинтите.
Крыша оказалась основательная, толстая и железная. С чувством захлопнув ее за собой, я быстренько закрутил запирающий ворот и запрыгал через две ступеньки вослед Юллиусу и Леклеру.
В подвале суетился Люлю: выдергивал одни провода и подключал другие. Мадам Цуцулькевич, совершенно абстрагировавшись от окружающего мира, полностью погрузилась в диалог с компьютером – армейским ноутбуком, заключенным в бронированный ящик, который, я слышал, был способен запросто, без ущерба для себя выдержать прямое попадание снаряда малого калибра.
Люлю покончил с проводами, вытащил из бокового кармана пиджака небольшую коробочку, на что-то нажал – и из коробочки выскочила короткая блестящая антенна, а на корпусе замигали желтые и красные лампочки.
– Как у вас, мадам? – обратился он к Цуцулькевич.
Я воспользовался паузой и открыл пиво.
– Уже все, – счастливо улыбнулась Жужу. – Было очень клёво. Правда! Мне так понравилось!
Наверху раздались шумы и последующий грохот взрыва: противник ворвался в дом и активно пытался преодолеть крышку люка.
Люлю выдернул из ноутбука сетевой шнур, захлопнул ящик и щелкнул замком.
– Ну все, хорошенького понемногу! Пошли! – Он шагнул в угол, врезал ногой по системному блоку, сыгравшему в этой истории такую важную роль: под ним обнаружился очередной люк.
Опять под землю?!
Судьба…
Преследуемые грохотом кованых ботинок по каменной лестнице, мы, заперев люк, стали спускаться по железной лесенке в узкий бетонный колодец – довольно, надо признать, длинный. Шоколадка подгонял нас криками «быстро! быстро! быстро!», так что вниз мы ссыпались как спелые бананы, практически друг на друга.
В небольшую квадратную комнатку, из потолка которой смотрел черный зев колодца (Люлю поспешно закрыл отверстие массивной крышкой), выходили две обстоятельные двери, посередине стояли четыре длинных зеленых ящика. Голый бетонный пол, голые бетонные стены, забранные решеткой яркие лампы над дверями, и лишь одинокая кнопка на деревянной дощечке – рядом с Тальбергом. От кнопки отходили провода и исчезали в свежепросверленной дырке недалеко от люка.
– Давай, Юлли! – скомандовал Люлю, но тут уж я не выдержал и схватил потянувшегося было к кнопке Юллиуса за плечо:
– Можно?
– А давай! – разрешил щедрый от природы Шоколадка. – Юлли, ты что, порезался? Дай посмотрю.
Я с удовольствием до предела вдавил кнопку вниз – наверху раздался страшный грохот, стены вздрогнули, а на головы нам посыпалась бетонная крошка.
– Жить будешь, Юлли. – Люлю опустил на пол бронированный ноутбук. – Да отпусти ты кнопку, Сэм! Наверху больше нет зарядов. И домика нашего нет. Там теперь большая груда камня и свалка из этих придурков. Пойдем дальше! А то новые понабегут. – И он открыл компьютер. Пощелкал сноровисто клавишами.