— Спасибо, моя госпожа, — произнесла я глухо и поклонилась. Мой взгляд опустился к полу намеренно, таким образом, я пыталась скрыть собственное возбуждение. А еще… еще я впервые подумала о сопротивлении и очень боялась, что принцесса прочитает эмоции, так явно сквозившие на моем лице.
Впрочем, Норвегия не заметила ничего, да и мне самой неплохо бы обдумать мысль, так неожиданно пробравшуюся в мое зашоренное создание. Но это потом, а сейчас… сейчас стоит рискнуть. И я рискнула:
— Госпожа, для чего вы отправили нюхача в «Морозное яблочко». Меня… там нет и никогда не было…
— Зато была я, — усмехнулась принцесса и пояснила, — начальник службы безопасности свой хлеб ест недаром. Информацию добудет, будь уверена. К утру будет известно, что четвертый клон в «Морозном яблочке» все же был… По времени идеально. А вот куда делся — это вопрос. Хочу чтобы убийца по ложному следу пошел… Смотри какая простая картинка вырисовывается: клонированная девчонка увидела смерти себе подобных и от испуга сбежала из замка. Всем известно, что обучают вас хорошо, да и подземные ходы для вас не тайна. Значит, в теории, выбраться незамеченной труда не составит. Дальше ночь на дворе, переночевать где-то нужно. «Морозное яблочко» подойдет, раз уж так совпало, что я была там инкогнито… Мириан узнает, а я расстараюсь, чтобы об этом факте узнали многие. Итак, убийца, либо бросится на твои поиски, надеясь найти тебя в окрестностях города, либо затаится, надеясь, что дело сделано. В том или ином случае, у нас появиться шанс его обнаружить. Да и мы будем готовы!
Норвегия замолчала, совсем не по-королевски громко хмыкнув, и добавила:
— А пока ты останешься здесь. Комнат на всех хватит. Питаться будешь здесь, пойдем, я покажу, — и проследовала к смежной комнате.
— Спать здесь будешь. Глаза мне не мозоль, к соседкам я не привыкла. Особенно таким… как ты. При посетителях будешь прятаться в стены замка, пользуясь потайным ходом. Я ясно излагаю? — произнесла резко. Я очнулась, поглощенная своими мыслями.
— Да, госпожа.
— Не люблю тех, кто подсматривает. Застукаю еще раз, и твою спину украсит след от ледяного кинжала.
— Я поняла, госпожа. Только это ни к чему. Шрамы оставляют рубцы…
Норвегия резко оглянулась и, делая вид, что не заметила моих слов, продолжила:
— Завтра займемся твоей родинкой.
— Зачем госпожа? — постаралась подавить в голосе испуг.
— Чтобы добиться полной идентичности, — Норвегия была резка. И, не проронив более ни слова, покинула комнату собственных апартаментов.
ГЛАВА 6
Куда отправилась принцесса ночью стало для меня загадкой, впрочем, как и то, что она делала и все последующие дни. Глубоко за полночь она возвращалась в апартаменты, закрываясь на ключ в комнате с камином, и оставалась там до утра, не удостоив меня и словом. Утром же исчезала вновь. Мне было по-прежнему страшно — при малейшем шорохе я пряталась в коридоре потайного хода. И холодно — огромные апартаменты требовали тщательного ухода, а слугам не велено было заходить внутрь. Оттого камины, не чищенные несколько дней, дымили и соответственно мной не зажигались. И я закутывалась в толстое одеяло и так проводила день, похрустывая сухим пайком, оставленным исключительно для меня. Впрочем, лучше так, чем смерть. А в апартаментах принцессы я в безопасности, сыта и относительно довольна.
Вот и сегодня, когда сгустились сумерки, я сидела и смотрела в одну точку, старательно вспоминая события недавнего времени. Странный, до не давнего времени, ничем не заинтересовавший меня разговор, всплыл в сознании. Наверное, я просто слишком долго одна... Мне не хватает общества… Впрочем, к одиночеству «тот самый» разговор имел самое прямое отношение.
Первая… все знали, что она немного другая. Чересчур эмоциональная, что ли, неправильная, как сказала принцесса, «бракованная». И она знала про мои ночные выходки и никогда никому об этом не рассказывала. Я чувствовала к ней привязанность, если может клон позволить себе подобные слова. И особую теплоту от общих, надежно сохраненных от всех тайн. Да-да, я знала тайну Первой — клонированная девушка была влюблена…
Однажды после купания я застала ее в постели со слезами на глазах и крохотным украшением в сжатых, слегка подрагивающих пальцах. Воровством Первая не брезговала — это известный факт. Она тягала с кухни сласти, которые клонированным не полагались от слова совсем. Фигура должна сохранять полную идентичность со стройным телом Норвегии и никак иначе. Она «заимствовала» у служанок бусики и кольца. Подобное не составляло для нее труда, ведь комнаты слуг редко запирались, а клоны знали «потайные тропы». И нередко Первая брала и у нас. Впрочем, у нас не было ничего ценного, о чем стоило сожалеть. А оттого меня и привлек странный, сжимаемый с особой страстью, кулон. На самом деле ничего особенного в нем не было — простенькое украшение с большим, ярким, оранжевым камнем в центре. Такие продают на местной ярмарке в честь праздника Лунн — маленьких духов, защищающих Иридам, ознаменовавшим начало звездопада. И слова Первой: