«Сушёные лепестки ромашки».
«А это Порошок Святой Ночи, который я только что сам смешал из ингредиентов».
…
Клейн снова и снова вспоминал, что лежит в каждом из его карманов, чтобы в экстренной ситуации не растеряться и быстро найти нужный материал.
Благодаря своим мистическим способностям, он быстро всё запомнил и направился к выходу.
Внезапно краем глаза он заметил знакомую фигуру.
Это была молодая леди в светло-зелёном лёгком платье. У неё были гладкие и блестящие чёрные волосы, круглое лицо, раскосые глаза. Она была мила и обладала мягким нравом.
Это та самая девушка, которая в прошлый раз ненормально дрожала? Похоже, с ней действительно всё в порядке… не думал, что она тоже увлекается мистикой… — Клейн замедлил шаг и, подумав несколько секунд, наконец, вспомнил, кто это.
Он вынужден был признать, что, за исключением Справедливости, чьё лицо он пока не мог разглядеть, эта молодая леди была самой красивой девушкой, которую он встретил после своего перерождения.
Милая и мягкая леди стояла у прилавка с мистическими книгами и, слегка неловко присев на корточки, проводила пальцами по обложке старинного фолианта.
Книга была в тёмно-чёрном твёрдом переплёте, на котором гермесскими письменами было выведено Книга Ведьмы.
— В ней описана чёрная магия ведьм. Хотя я не осмелился попробовать, но другие пробовали, и говорят, действительно работает, — ухватился за возможность продавец.
Милая леди на несколько секунд задумалась и спросила:
— А какой вы себе представляете ведьму?
— Ведьму? Злодейку, что несёт беды, болезни и страдания, — подумав, ответил продавец.
Клейн не слышал их разговора, потому что уже быстро шёл к выходу. Он спешил в Библиотеку Девере, спешил закончить все дела и вернуться домой, чтобы приготовить ужин для брата и сестры — томатный суп с бычьими хвостами.
Баклунд, ипподром «Корона».
Одри Холл, одетая в белое платье с рукавами «бараний окорок», оборками и кружевом на груди, стояла в VIP-ложе и наблюдала за несущимися во весь опор лошадьми.
На голове у неё была шляпка из вуали, украшенная голубой атласной лентой и шёлковыми цветами. На руках — светлые перчатки из тонкой вуали. Её взгляд был холоден и отстранён, словно она не могла погрузиться в эту шумную атмосферу.
Как только лошади пересекли финишную черту, к ней подошёл её друг, виконт Глинт, и, понизив голос, сказал:
— Одри, каждый раз, когда я вас вижу, вы прекрасны по-новому.
— Что-то случилось? — раньше Одри, возможно, на мгновение поддалась бы очарованию его комплимента, но теперь по его тону и поведению она поняла, что у её друга есть какая-то цель.
Глинт, унаследовавший титул в двадцать лет после ранней смерти отца, был довольно худощавым молодым человеком. Он огляделся по сторонам и тихо усмехнулся:
— Одри, я познакомился с настоящим Потусторонним. Потусторонним, не принадлежащим к королевской семье.
Ты каждый раз так говоришь, и каждый раз меня ждёт разочарование… — Одри, глядя вперёд, с элегантной улыбкой спросила:
— Правда?
— Клянусь честью моего отца, я видел его сверхъестественные силы, — шёпотом ответил Глинт.
Одри уже не испытывала прежнего волнения, ведь она и сама была Потусторонней. Но, чтобы не вызывать подозрений у Глинта, она широко раскрыла глаза, изобразила на лице удивлённую улыбку и дрожащим голосом спросила:
— Когда я смогу с ним встретиться?
Хм, встретиться с другим Потусторонним было бы неплохо. Нельзя же по каждой мелочи обращаться в Клуб Таро… К тому же, мне нужны собственные ресурсы, которые можно будет обменять у господина Шута или Повешенного… не всё решается деньгами… фух, после того, как я отправила ту тысячу фунтов, мне тоже придётся немного экономить…
Глинт был доволен реакцией Одри. Глядя на ипподром, он сказал:
— Завтра днём у меня дома будет литературно-музыкальный салон.
В Библиотеке Девере.
Клейн достал из кармана удостоверение и значок и положил их перед несколькими администраторами.
— Я инспектор-стажёр Отдела специальных операций управления полиции графства Ахова. Мне нужно ваше содействие в расследовании, — сказал он низким голосом, вспоминая полицейские фильмы, которые смотрел раньше.
Администраторы посмотрели удостоверение и значок, переглянулись и кивнули:
— Офицер, задавайте ваши вопросы.
Клейн назвал несколько журналов, включая Новую археологию, и в конце добавил:
— Мне нужны записи о выдаче этих журналов за последние два месяца.
Он заметил среди администраторов того, кто обслуживал его в прошлый раз, но тот, очевидно, его не узнал.
— Хорошо, подождите немного, — администраторы засуетились и быстро нашли нужные записи.
Клейн внимательно просматривал их, ища имя того, кто брал те же самые журналы, что и он.
Таких имён было немного, всего одно. Этот человек приходил несколько раз и брал в основном те же журналы, что и Клейн. Первая запись была сделана в конце мая, а последняя — в прошлую субботу, за день до смерти Хайнаса Винсента.
Клейн провёл пальцем по данным этого читателя, крепко запоминая их:
— Сирис Арепис, торговец тканями, проживает по адресу: район Хауэллс, 19…
Глава 103: Человек, который слушает своё сердце
Проживает по адресу: район Хауэллс, 19?
Запоминая информацию, Клейн уловил важную деталь.
Так, Уэлч жил в районе Хауэллс, Клуб Предсказателей находится в районе Хауэллс, и этот торговец тканями, Сирис Арепис, тоже живёт в районе Хауэллс… В таком случае, нет ничего странного в том, что Уэлч был знаком с Хайнасом Винсентом. Возможно, он и познакомился с ним через Сириса Ареписа…
Внезапно Клейн почувствовал, как все ниточки сошлись воедино, и мысли в его голове прояснились.
Раньше он не мог понять, как Уэлч мог знать Хайнаса Винсента, ведь сын банкира не увлекался мистикой. Для него деньги были куда полезнее гаданий. Но теперь Клейн мог предположить, как они познакомились: