— Он спал отдельно от жены? — Клейн откинулся на спинку сиденья, подражая героям детективных фильмов из своей прошлой жизни.
Толлер покачал головой:
— Нет, его жена последние несколько дней была не в Тингене. Она поехала в Баклунд на важный светский бал. Возможно, вы не знаете, но она дочь одного из лидеров Новой партии, члена Нижней палаты. Она всё ещё в поезде, возвращается в Тинген, но уже успела выразить свою позицию по телеграфу. Мейнард тоже был членом Новой партии и заседал в городском совете Тингена больше десяти лет. На следующих выборах он собирался баллотироваться на пост мэра.
— То есть его смерть может быть с этим связана? — небрежно спросил Клейн и тут же усмехнулся: — Я всего лишь помогаю со «вскрытием», остальное меня не касается. Можете не отвечать.
Толлер беззаботно вздохнул:
— «Вскрытие»… Вы очень осторожны. Что касается вашего предположения, могу лишь сказать «возможно». Вчера вечером член совета Мейнард устроил у себя приём, было много гостей. У нас пока нет главного подозреваемого. К тому же, все гости — люди с положением, мы должны быть предельно осторожны и не имеем права на ошибку.
— Понимаю, — Клейн слегка кивнул и с интересом расспросил о некоторых деталях на месте преступления.
Дом Мейнарда располагался в Районе Золотого Платана. Это был особняк, окружённый садом и газонами, с конюшней, фонтаном и широкими цементными дорожками.
Клейн надел мягкую фуражку с полицейской эмблемой и вместе с инспектором Толлером прошёл через формальное оцепление. Под взглядами полицейских они вошли в двухэтажный дом.
В гостиной четверо инспекторов-стажёров — двое мужчин и две женщины — опрашивали свидетелей.
Клейн окинул взглядом присутствующих и заметил несколько господ во фраках и несколько дам в роскошных придворных платьях с лицами, прикрытыми тонкой чёрной вуалью.
— Это гости, которые остались здесь на ночь, — пояснил Толлер и повёл Клейна по лестнице на второй этаж.
По пути, возможно, благодаря инспекторским звёздам на погонах, полицейские, обыскивавшие дом, смотрели на них с уважением и не чинили никаких препятствий.
— Вот комната, где нашли тело члена совета Мейнарда, — высокий и крепкий Толлер остановился перед дверью из тёмно-красного дерева.
Клейн задумчиво спросил:
— Кто занимал эту комнату прошлой ночью?
— Никто. В доме слишком много гостевых спален, эта не использовалась, — Толлер надел белые перчатки и повернул ручку тёмно-красной двери.
Он попросил дежурившего внутри полицейского временно выйти и кивнул Клейну:
— Инспектор Моретти, дальше дело за вами.
— Да благословит нас Богиня. Надеюсь, что-нибудь выясним, — Клейн тоже надел белые перчатки и запер дверь изнутри.
Он подошёл к кровати. Тёмно-красные простыни были в беспорядке, а на них лежало тело, накрытое белой тканью.
Клейн к этому времени уже был человеком бывалым. Он без страха откинул белую ткань и посмотрел на члена совета Мейнарда.
Это был мужчина лет сорока с коротко стриженными золотистыми волосами. На его лице застыло странное выражение, смесь страдания и удовольствия.
Клейн отступил на два шага, достал необходимые материалы и быстро подготовился к ритуалу вызова духа.
Произнеся заклинание, окутанный умиротворяющим ароматом и окружавшим его холодным ветром, он мысленно повторил заранее придуманное утверждение для гадания:
«Причина смерти члена совета Мейнарда».
«Причина смерти члена совета Мейнарда».
Повторяя про себя, Клейн отступил к креслу с высокой спинкой и медленно опустился в него.
Его глаза потемнели. Он откинулся назад и быстро погрузился в сон.
В призрачном, туманном, размытом мире он вдруг увидел того самого мужчину.
Мейнард с широко открытыми голубыми глазами лежал на женщине с прекрасной фигурой и белой кожей и энергично двигался.
Сначала на его лице отразилось крайнее удовлетворение и удовольствие, затем он резко отдёрнул правую руку, схватился за грудь, и его лицо исказилось в гримасе боли.
Хлоп!
Мейнард рухнул, и видение рассыпалось на куски. Клейн открыл глаза, очнувшись ото сна.
Не думал, что мне доведётся посмотреть пикантную сцену таким способом… Значит, член совета Мейнард умер в постели с любовницей от перенапряжения? — Клейн усмехнулся и потёр лоб.
Он достал перьевую ручку и бумагу и, снова проведя ритуал, нарисовал женщину из своего сна. Конечно, всё, что ниже шеи, он опустил.
Это была женщина, чей возраст было трудно определить. В ней сочетались зрелое очарование тридцатилетней и остатки девичьей невинности. Её глаза, влажные и блестящие, придавали ей вид беззащитной и трогательной лани.
Посмотрев на своё «произведение», Клейн собрал ритуальные принадлежности и развеял Стену духовности.
Он повернулся и протянул руку к стоявшей рядом инкрустированной серебром чёрной трости.
Внезапно он услышал хрип, от которого по коже побежали мурашки!
Клейн резко обернулся к кровати и увидел, что руки члена совета Мейнарда мёртвой хваткой вцепились в тёмно-красные простыни, так сильно, что на тыльной стороне ладоней вздулись почерневшие вены.
С резким движением член совета, умерший вчера вечером между девятью и одиннадцатью, сел, изо рта у него потекла слюна, а глаза безжизненно распахнулись.
Глава 173: Превращение в живого мертвеца
Не успела в голове Клейна промелькнуть новая мысль, как он увидел, что окоченевший член совета Мейнард, оттолкнувшись руками, с тяжёлым свистом воздуха бросился на него, целясь в левый бок!
Раньше, столкнувшись с такой внезапной ситуацией, он, скорее всего, среагировал бы слишком поздно и не смог бы увернуться. Даже если бы он что-то заподозрил заранее, ему пришлось бы кубарем откатываться, чтобы уйти с линии атаки.
Но сейчас Клейн среагировал почти инстинктивно. Оттолкнувшись сверкающим кожаным ботинком без шнурков, он прыгнул по диагонали и оказался на высоком кресле.
Поскольку после повышения прошёл всего один день, он ещё не до конца привык к своей новой силе, ловкости и скорости. В спешке он прыгнул слишком высоко и далеко, и приземлился на самый верх спинки кресла!