Данн взглянул на него.
— Утром поучишься техникам слежки и наблюдения у Леонарда и Фрая. Послеобеденные занятия по рукопашному бою на этой неделе отменяются. Хм… думаю, ты уже достаточно освоился. Я сообщу Гавейну.
Учиться техникам слежки у Леонарда и Фрая? Почему-то это кажется ненадёжным… — Клейн на мгновение замер. В его представлении, единственный метод Леонарда — это играть на фейнепоттерской лютне, читать красивые стихи, соблазнять мадам Шаррон и таким образом вести наблюдение с близкого расстояния. А Фрай с его холодной и мрачной аурой привлекал к себе внимание, где бы ни находился. Какой из него шпион?
Поразмыслив, Клейн серьёзно ответил:
— Хорошо.
Данн слегка кивнул и направился к перегородке. Внезапно он остановился, обернулся и, помедлив, спросил:
— Ты помнишь того торговца табаком? Что там было за похищение?
…Так вы, капитан, ничего не вспомнили и ничего не поняли… Как вам удаётся выглядеть таким спокойным и уверенным! — Клейн закрыл лицо рукой.
Следуя совету Леонарда, Клейн не стал сразу же следить за мадам Шаррон, хотя и прекрасно знал, что она живёт в Восточном районе на Орсна-стрит.
«Неосторожная слежка без предварительного изучения распорядка дня цели очень легко может провалиться, а наблюдение в одиночку не позволяет охватить всё, если только ты не собираешься обходиться без еды, питья, сна и дома», — так сказал Леонард. Поэтому Клейн, следуя его указаниям, отправился в паб «Гончая», нашёл там одного из главарей банд и за пять фунтов нанял его людей для посменного наблюдения за домом мадам Шаррон и фиксации её повседневных действий.
Хорошо, что это можно будет включить в расходы… Почему-то это похоже на то, как я передаю заказ субподрядчикам… — В пятницу днём Клейн получил отчёт от главаря банды.
Назвать это «отчётом» было явным оскорблением для профессиональных частных детективов. Ни один из подручных главаря не умел читать. Всё было зарисовано картинками и символами, а затем упорядочено и объяснено их полуграмотным боссом, который отучился всего год в воскресной школе. Клейн, читая это, чувствовал, как у него начинает болеть голова. Лишь спустя долгое время он смог разобраться.
Судя по наблюдению, мадам Шаррон в последнее время редко выходит из дома и принимает мало гостей… Вероятно, из-за дела о смерти члена парламента Мейнарда… А эти бандиты довольно способные, раз смогли наладить контакт с горничной мадам Шаррон… Хм, сегодня вечером она собирается на приём Консервативной партии. Может вернуться поздно, а может и не вернуться… Это отличная возможность для практики, — Клейн быстро принял решение. Сегодня ночью он проникнет в дом мадам Шаррон и всё там обыщет.
Поскольку его часть расследования по делу Ланевуса была завершена, занятия по рукопашному бою приостановлены, а дело Адмирала Урагана Квилангоса закрыто, у Клейна в последнее время было всего два дела: проверка домов с красными трубами и слежка за мадам Шаррон. Так что времени у него было относительно много.
Два дня назад он уже получил ответ от мистера Азика. В письме была всего одна строчка: «Я получил Ползучий Голод. Я кое-что вспомнил».
Это окончательно убедило Клейна в том, что Квилангоса убил мистер Азик, и что этот преподаватель с долгой жизнью и амнезией — Потусторонний высокой Последовательности. Но он не осмелился спросить, что именно тот вспомнил с помощью Ползучего Голода, потому что Азик явно не хотел об этом говорить — если бы он хотел поделиться, то написал бы в письме. В ответном письме Клейн, помимо приветствий, лишь напомнил мистеру Азику, что Ползучий Голод жаждет плоти и душ живых, и что необходимо найти надёжный способ его запечатать.
Кроме того, Справедливость и Повешенный по-прежнему не обращались к нему, но Клейн больше не беспокоился, понимая, что они опасаются возможной слежки и не рискуют произносить его почётное имя.
Ночная Орсна-стрит. Газовые фонари освещали ровную дорогу, высоко в небе висела багровая луна.
Клейн, тайно покинувший свой дом, благодаря равновесию и ловкости Клоуна бесшумно перелез через ограду дома мадам Шаррон. Пройдя через сад, он подошёл к боковой стене дома и, вскарабкавшись по водосточной трубе, оказался на балконе второго этажа. Для Клейна, который в детстве так и не научился лазить по деревьям, это было своего рода историческим достижением.
Достав из кармана чёрного плаща карту Таро, Клейн вставил её в щель балконной двери и лёгким движением открыл засов.
Слуги довольно беспечны… Даже не поставили дополнительный замок. Иначе пришлось бы лезть через окно… — беззвучно пробормотал Клейн и проскользнул внутрь.
По информации, полученной от главаря банды, он легко нашёл спальню мадам Шаррон, повернул ручку и тихо вошёл. Осторожно прикрыв за собой дверь, он вдруг уловил тонкий, пьянящий аромат, напоминающий о женщине и будоражащий кровь.
Клейн на мгновение растерялся и даже почувствовал, как его тело отреагировало. Он тут же успокоился с помощью медитации и мысленно съязвил:
Она что, использует афродизиаки вместо освежителя воздуха?
Глава 195: Клейн, «эксперт по взлому»
Подождав несколько секунд, Клейн активировал Духовное Зрение и осмотрел комнату. В свете багровой луны спальня мадам Шаррон выглядела роскошно и великолепно.
Толстый ковёр, просторное помещение, покрывало из бархата, столик, заставленный всевозможными средствами по уходу за кожей и косметикой, сверкающие драгоценности, полуоткрытый гардероб, небрежно брошенная на кресло-качалку лёгкая одежда и чулки с подвязками, множество безделушек с золотыми инкрустациями — всё это предстало перед глазами Клейна.
Но больше всего привлекала внимание незаконченная картина маслом, на которой была изображена обнажённая мадам Шаррон. Её каштановые волосы водопадом ниспадали на плечи, карие глаза, словно у лесного оленёнка, были чистыми и влажными, но изогнутые брови, кокетливый взгляд, точёный нос и манящие губы создавали образ зрелой и соблазнительной женщины. Эти два противоречивых аспекта, сливаясь воедино, источали поразительное очарование.