Когда всё вернулось на свои места, он снова сел и продолжил писать.
На этот раз он обращался к господину Азику:
«…Во время последнего задания с моим начальником произошли некоторые странности. Он отослал меня и склонился над телом товарища, а вокруг его рта была тёмно-красная кровь.
Встречалось ли в Ваших воспоминаниях нечто подобное? Как я могу помочь своему начальнику?»
Глава 202: Подтверждение ситуации
Сложив письмо, Клейн достал медный свисток, поднёс его к губам и резко выдохнул.
В полной тишине он увидел, как над его столом одна за другой появляются призрачные, туманные кости. Складываясь в подобие фонтана, они образовали гигантское чудовище. Оно по-прежнему было почти четыре метра в высоту, окутано бледным свечением, а его голова, как и прежде, пробивала потолок. Казалось, ничего не изменилось.
Клейн резким движением кисти метнул письмо, и костяной монстр уверенно поймал его.
Он снова дунул в свисток, наблюдая, как посланник рассыпается на призрачные кости, которые дождём осыпались и исчезли на поверхности стола.
Сделав это, Клейн почувствовал себя значительно спокойнее, но не остановился на достигнутом. Отодвинув стул, он встал, сделал четыре шага против часовой стрелки и вознёсся в мир над серым туманом.
В его взоре предстали величественный дворец и древний, испещрённый временем длинный стол, казалось, не менявшиеся тысячелетиями.
Клейн сел в кресло с высокой спинкой, принадлежавшее Шуту, и молча снял с левого запястья маятник. Затем он материализовал пергамент желтовато-коричневого цвета и перьевую ручку с толстым корпусом.
Он собирался провести гадание о том, что случилось с капитаном сегодня ночью!
Подумав мгновение, Клейн написал первое утверждение для гадания:
«Отклонения в поведении Данна Смита ввергнут меня в опасность».
В мире мистики гадания, касающиеся собственной безопасности, были наиболее устойчивы к внешнему вмешательству — это был инстинкт духа.
Другими словами, если помехи не были особенно сильными, Клейн мог получить довольно точный результат в гаданиях, связанных с его личной безопасностью.
Именно по этой причине он ранее решился гадать на опасность миссии, зная, что госпожа Шаррон способна вмешиваться в предсказания. Он был уверен, что она не настолько сильна, чтобы повлиять на такой тип гадания.
А сейчас, чтобы прояснить ситуацию с капитаном Данном Смитом, он решил исключить любые помехи, проведя гадание в мире над серым туманом.
Держа маятник в левой руке, Клейн семь раз мысленно повторил утверждение, закрыл глаза и вошёл в состояние медитации.
Через несколько секунд он открыл глаза, и их потемневший оттенок вернулся к норме.
Он посмотрел на топазовый кулон, и его сердце постепенно упало. Маятник вращался по часовой стрелке, с немалой амплитудой и скоростью.
Это означало утвердительный ответ.
Это означало, что отклонения Данна Смита действительно ввергнут его в опасность!
И опасность немалую!
Закрыв глаза, Клейн «стёр» предыдущую надпись и написал новое утверждение:
«Причина отклонений Данна Смита».
Он отложил топазовый кулон, откинулся на спинку стула и, повторяя про себя фразу, с помощью медитации погрузился в сон.
В сером, призрачном мире он ничего не увидел и ничего не обнаружил. Вокруг была лишь серая дымка.
Это означает нехватку информации, гадание провалилось… — Клейн открыл глаза, посмотрел на пергамент на бронзовом столе и с горечью и безысходностью прошептал.
Внезапно он почувствовал сильную усталость, понимая, что это результат ожесточённой битвы, нескольких ритуалов подряд и многократных гаданий.
Окутав себя духовной силой, Клейн погрузился в серый туман и вернулся в реальный мир.
Всю ночь ему снились кошмары. В конце каждого из них он видел либо Коэнли, извергающего свои внутренности, либо Данна Смита с тёмно-красной кровью вокруг рта.
На следующее утро Клейн, которому предстояло дежурить у Врат Чанис, прибыл в Охранную Компанию Чёрный Шип заранее.
В это время Розанна, миссис Орианна и другие офисные работники ещё не пришли. Клейн прошёл мимо перегородок и, заглянув в открытую дверь, увидел в кабинете капитана Данна Смита.
Данн снял пиджак; на нём были лишь белая рубашка и чёрный жилет. Он сидел за столом, держа в руке чашку кофе, и отрешённо смотрел на стену перед собой.
Его волосы казались немного сухими, серые глаза потускнели, а на лице с резкими чертами читалась явная измождённость.
Даже для капитана, пережившего немало подобного, потеря двух товарищей за такой короткий срок — это слишком тяжело… — у Клейна сжалось сердце, и в его сознании снова всплыло то разбитое зеркало, склонившийся над телом Данн и его лицо, испачканное тёмной кровью.
Клейн резко стиснул зубы и отвернулся.
Через десять с лишним секунд он совладал с собой и постучал в дверь кабинета.
Тук, тук, тук.
Данн поставил чашку с кофе, и его серые глаза снова стали глубокими.
Он молча вздохнул и сказал:
— Я уже доложил обо всём в Святой Собор, и они дали предварительный ответ. Церковь выплатит семье Коэнли компенсацию в размере трёх тысяч фунтов, а полицейское управление — тысячу фунтов пособия…
В общей сложности четыре тысячи фунтов. Для большинства представителей среднего класса это состояние, которое не накопить за всю жизнь… Коэнли получал семь фунтов в неделю, триста шестьдесят четыре в год. С учётом премий и дополнительных доходов выходило не меньше трёхсот восьмидесяти. Четыре тысячи фунтов — это его доход за десять с лишним лет… Такая сумма будет приносить не меньше двухсот фунтов годового дохода, что хоть как-то сможет компенсировать ущерб, нанесённый его семье смертью Коэнли… Хотя деньги не могут заменить чувства и самого Коэнли, на данный момент это единственный действенный способ помочь… — в голове Клейна пронеслось множество мыслей, но вслух он лишь вздохнул: