Проводив Данна взглядом и убедившись, что тот больше не вернётся с дополнениями, Клейн медленно вошёл в Алхимическую лабораторию.
Внутри стояли длинные столы, заставленные пробирками, пипетками, весами и мензурками. Обстановка очень напоминала химические лаборатории из его прошлой жизни, только всё выглядело более примитивным и старинным.
Кроме того, здесь были большой железный котёл, черпак из тёмного дерева, прозрачные хрустальные шары и повсюду виднелись странные символы, вроде Эмблемы Вечной Ночи. Всё это создавало атмосферу таинственности.
Клейн с интересом оглядывался по сторонам, но сдерживал желание что-либо потрогать.
Через некоторое время послышались шаги, и вошёл Старый Нил с небольшим серебряным сундучком, украшенным сложными узорами. Он, как и прежде, был одет в классическую чёрную мантию, не соответствующую эпохе, и фетровую шляпу с круглыми полями того же цвета.
— Малыш, не думал, что ты выберешь Провидца, — сказал Старый Нил, ставя серебряный сундучок и окинув Клейна взглядом своих слегка мутноватых тёмно-красных глаз. — Прямо как я в своё время — такой же своенравный, не идёшь за толпой. Неплохо. Зажги-ка вон те газовые лампы и закрой потайную дверь.
— Хорошо, — Клейн, подавив дрожь, зажёг одну за другой газовые лампы в лаборатории, и тусклый свет вновь озарил помещение.
Скрип, скрип, скрип. Потайная дверь закрылась. Он подошёл к Старому Нилу, седовласому, с глубокими морщинами в уголках глаз и рта, и увидел, как тот чистит большой чёрный котёл пучком каких-то странных веток.
— Приготовление зелий Последовательностей очень простое, по крайней мере, для тех, что ниже седьмой. Не требуется ни особого огня, ни дополнительных ритуалов, ни даже заклинаний или участия собственной духовной силы. Нужно просто точно следовать рецепту, добавлять ингредиенты в правильном порядке и в нужных количествах, а затем перемешать, — Старый Нил улыбнулся так, что морщины на его лице, казалось, расцвели.
— Правда? — с удивлением переспросил Клейн.
Звучит так же просто, как мой ритуал перемены удачи...
Хсс, от одной мысли становится жутко...
— Возможно, в этом и заключается дар богов. Слава Богине, — Старый Нил небрежно начертил круг на груди.
Затем он открыл серебряный сундучок и достал свиток пергамента, выглядевший очень старым.
Желтовато-коричневый пергамент разворачивался дюйм за дюймом, открывая слова. Клейн присмотрелся и узнал знакомый ему гермесский язык.
Буквы были написаны чернилами, похожими на кровь, и казалось, что они вот-вот потекут, но в остальном ничего необычного не ощущалось.
Провидец: 100 мл чистой воды + 13 капель Сока ночной ванили + 7 Листьев золотой мяты... — Клейн мысленно прочитал начало рецепта, но остальную часть загораживал локоть Старого Нила.
— Чистая вода — это просто многократно дистиллированная вода. У меня как раз есть немного, так что не будем терять время, — объяснил Старый Нил, привычно беря со стола большую запечатанную стеклянную бутыль с делениями.
Он открыл крышку и небрежно налил около 100 мл чистой воды в большой железный котёл.
Клейн не осмелился задавать вопросы, боясь помешать процессу, ведь это зелье предстояло пить ему самому.
— Тринадцать капель Сока ночной ванили. Его можно заранее экстрагировать и хранить в виде эфирного масла, — Старый Нил достал из серебряного сундучка маленькую коричневую бутылочку и с помощью пипетки легко отмерил 13 капель в котёл.
В воздухе распространился лёгкий и успокаивающий аромат, и Клейн почувствовал, как на душе становится спокойнее.
— Семь Листьев золотой мяты... — Старый Нил взял оловянную банку с серебряным узором, открыл крышку и голыми руками бросил в котёл несколько листьев. Послышался свежий и бодрящий запах.
— Четыре, пять, шесть, семь, как раз, — усмехнулся Старый Нил и, взглянув на рецепт, продолжил: — Три капли Сока болиголова. Эту штуку пить нельзя ни в коем случае, иначе тебя парализует, и ты умрёшь в оцепенении. В древности это был лучший способ самоубийства.
Я же не дурак... — мысленно возразил Клейн.
Старый Нил сменил пипетку и добавил Сок болиголова в котёл, отчего пошёл странный, проясняющий сознание запах.
— Девять граммов Порошка травы драконьей крови, — Старый Нил неторопливо достал из сундучка прозрачную пробирку, в которой был тёмный, как железо, порошок.
С помощью мензурки и весов он отмерил 9 граммов порошка, высыпал его в котёл и пару раз помешал черпаком из тёмного дерева. Клейн почувствовал, как у него всё сжалось внутри — выглядело это не слишком надёжно.
— Вообще-то, все предыдущие ингредиенты — вспомогательные. Добавишь чуть больше или чуть меньше — на конечный результат это не повлияет. Может, ещё немного подсыпать? — пошутил Старый Нил. — Два оставшихся — вот что главное. Их количество может быть немного меньше, но не сильно, иначе «продвижение» не удастся. И да, их ни в коем случае не должно быть больше, ни на йоту. Иначе после принятия зелья придётся лечить психику. Бывали и те, кто умирал на месте.
Клейн тут же напрягся и увидел, как Старый Нил достаёт из серебряного сундучка чёрную стеклянную бутыль.
— Кровь лавового осьминога, 10 миллилитров. Этот осьминог — сверхъестественное существо, он явно мутировал, а его тело покрыто мистическими символами. Его кровь быстро разлагается на солнце, теряя свои особые свойства, поэтому её нужно хранить в непрозрачной ёмкости, — голос Старого Нила перестал быть расслабленным. Он быстро, но осторожно отмерил пробиркой 10 мл крови.
Кровь была лазурного цвета, как небо, и время от времени в ней появлялись призрачные пузырьки, словно она была связана с Миром Духов.
— Вылей кровь из пробирки, а то, что останется на стенках, не трогай. Это для предотвращения передозировки, — тихо сказал Старый Нил.
Как только лазурная кровь коснулась жидкости в котле, раздался плеск. Окружающий свет окрасился в бледно-голубой цвет, и Клейн испытал странное, далёкое и знакомое чувство.