«Кто... кто здесь?» – голос у нее был тихий, дрожащий и немного сиплый от слез.
«Просто голос сверху,» – хмыкнул я. – «Можно сказать, твой личный потолочный психотерапевт. Акция одного дня. Бесплатно, анонимно, и с легким налетом сарказма.» Черт, несу какую-то дичь. Но отступать уже поздно, азарт подстегивает. – «Что стряслось-то? Неужели мир перестал быть идеальным и подкинул проблем?»
«Уходите,» – пробормотала она, шмыгнув носом.
«Ну уж нет,» – я уперся локтем в перила, устраиваясь поудобнее. Плевать на время. Эта игра меня захватила. – «Мне скучно, день не задался, и я остро нуждаюсь в чужой драме. Считай, я твой анонимный слушатель. Выкладывай. Может, полегчает?»
Пауза. Она медленно вытерла глаза тыльной стороной ладони.
«Какая тебе разница?» – пробормотала она, все еще не глядя вверх.
«Да никакой, по большому счету», – честно признался я.
Снова тишина. Я уже начал думать, что моя затея провалилась, и пора бы уже сваливать к Дэнни на растерзание. Черт, время!
«Давай так», – сказал я чуть бодрее, подгоняемый мыслями о тренировке. – «Попробую угадать причину твоих страданий. Стандартный набор студентки-отличницы. Контрольная? Зачет? Несчастная любовь?» Я перечислил это нарочито скучающим тоном.
Она еле заметно покачала головой.
«Нет?» – я чуть приподнял бровь, хотя она этого и не видела. – «Интересно. А что тогда? Препод достал?» Я невольно вспомнил Фримена, и голос чуть напрягся. «Какой-нибудь старый козел испортил настроение? Или... что-то посерьезнее?»
Она снова качнула головой.
«Нет,» – прошептала она едва слышно.
Вот оно! Адреналин ударил в голову не хуже, чем перед выходом на ринг. Не угадал! Ничего из стандартного набора!
«Значит, не банальщина,» – констатировал я, чувствуя, как азарт разгорается. – «Ну что ж, Эмили. Похоже, ты выиграла первый раунд нашего негласного спора. Мое любопытство официально задето. Я весь во внимании.»
"Это нормально что я даже не знаю кто ты но уже хочу дать тебе в морду" - с раздражением в голосе говорит Эмили и поднимаем красные глаза как у панды на меня
Охренеть. Вот это поворот. Я ожидал чего угодно – нового потока слез, тихого бормотания, может, даже просьбы оставить ее в покое. Но «дать в морду»?
Секундное замешательство. Ее глаза... Черт, да, красные, опухшие, как у панды после бессонной ночи, но цвет... Ярко-зеленый, какой-то нереальный, особенно в этом тусклом свете под лестницей. На контрасте с растрепанными темными волосами и заплаканным лицом – это как вспышка. Словно кто-то включил два маленьких изумрудных прожектора. Меня на секунду реально переклинило. Хотелось разглядывать их, понять, настоящий ли цвет или все таки линзы . Так, стоп, Кай! Зеленые глаза – ну и что? У половины девчонок зеленые. Собрался, боец! У тебя тренировка горит синим пламенем, а ты тут радужку изучаешь.
Но... этот взгляд, полный злости, эта внезапная ярость... Она точно не из тех, кто будет тихонько плакать в уголке. Пари становилось все интереснее. Мышка показала зубки. Маленькие, но острые.
Хмыкнул, стараясь скрыть секундное зависание. Прислонился удобнее к стене, скрестив руки на груди.
«Ого! – протянул я, возвращая в голос максимум своей обычной иронии. – А вот это уже интересно. Не знал, что в библиотеке теперь преподают основы рукопашного боя. Или это просто накопившееся от зубрежки? Энергию девать некуда?»
Я ждал ее реакции. Интересно, огрызнется ли еще раз? Но Эмили молчала. Просто сверлила меня этими своими зелеными прожекторами, как будто пыталась прожечь дыру в моей самоуверенной физиономии.
«Рукопашный бой – это план Б,» – парировал я, не удержавшись от смешка. Ее агрессия, пусть даже такая робкая, меня забавляла. – «Основной – это испепеляющий взгляд. Судя по твоим глазам, ты в этом профи. Одного взгляда хватит, чтобы мужика на месте парализовало. Особенно если он до этого услышал, что сейчас получит в морду».
Я умолк на секунду, чувствуя, как в голосе проскальзывает неприкрытое любопытство. Так, стоп. Не дай ей понять, что она тебя зацепила. Держись своей линии.
«Но если серьезно,» – продолжил я, стараясь вернуть в тон саркастичную беспечность, – «что стряслось? Неужели какой-то ботаник не оценил твои познания в интегралах? Или профессор Фримен отругал за конспект, написанный от руки, а не напечатанный шрифтом Times New Roman? Я начинаю переживать, что причина твоих слез настолько банальна, что я разочаруюсь в человечестве».