— А это?..
«Кто-то из оперативников Ночных Ястребов или один из двух гражданских сотрудников, с которыми я еще не пересекался?»
Розанна поджала губы и пояснила:
— Это Брет, наш коллега. Он просит поменяться со мной дежурствами, чтобы освободить вечер послезавтра. Они с супругой собираются в Большой театр Северного района на постановку «Гордец» в честь пятнадцатой годовщины их свадьбы. Поистине романтичный джентльмен!
Брет с улыбкой протянул руку:
— В присутствии мисс Розанны мне даже не нужно ничего объяснять. Здравствуй, Клейн. Не ожидал, что ты так быстро станешь Потусторонним. А у меня… хех, боюсь, на это никогда не хватит духу.
— Наверное, это от того, что невежды не ведают страха, — самоиронично ответил Клейн, отвечая на рукопожатие.
— Это не так уж и плохо, — покачав головой, рассмеялся Брет. — Один Потусторонний перед смертью сказал мне: никогда не лезь в странные и опасные дела. Чем меньше знаешь, тем дольше проживешь.
В этот момент вмешалась Розанна:
— Не бери в голову, Клейн! Я слышала от старого Нила, что твой «Провидец» — это вспомогательный путь, и он относительно безопасен, если, конечно, ты не станешь пытаться выйти на связь с неизведанными сущностями. И вообще, что это на тебе надето? Ни капли джентльменского лоска! Зачем ты сюда пришел?
— Забрать свою сегодняшнюю норму в тридцать патронов, — Клейн проигнорировал ее тираду об одежде.
Он был уверен, что девушка об этом тут же забудет.
— Хорошо, — Розанна указала на стол. — Брет, оставляю это на тебя, ты знаешь, где ключи и патроны. Ох, старый Нил такой жадина! Даже не оставил мне своего свежемолотого кофе, а ведь обещал, что сегодня я смогу пить его вдоволь…
Пока она без умолку трещала, Клейн получил свои патроны. Вместе с Розанной они покинули подземелье и расстались на Зотланд-стрит: девушка села в конный трамвай до дома, а юноша направился в Стрелковый клуб.
Бах! Бах! Бах!
Взять револьвер, поднять руку, прицелиться, выстрелить, откинуть барабан, вытряхнуть гильзы, зарядить новые патроны… Клейн раз за разом повторял этот процесс, вбивая в мышечную память каждое движение и привыкая к отдаче.
Разумеется, он делал перерывы, чтобы проанализировать ошибки и скорректировать стойку.
Закончив со стрельбой, Клейн воспользовался свободным пространством клуба, чтобы сделать несколько подходов упражнений, похожих на отжимания, стремясь привести тело в форму и повысить выносливость.
Когда он завершил тренировку и вернулся домой на конном трамвае, было уже около семи вечера, а на улице давно стемнело.
Как раз когда Клейн собирался отправиться на рынок или к уличным торговцам за продуктами для ужина, входная дверь распахнулась, и на пороге появилась Мелисса с сумкой, набитой книгами и тетрадями. А в другой руке она держала целую авоську овощей и мяса.
— … Я подумала, что вы с Бансоном сегодня задержитесь, поэтому перед уходом взяла один сул из вашей заначки, — заметив непонимающий взгляд брата, Мелисса по своей привычке принялась серьезно объяснять.
— Раз уж у тебя были деньги, почему ты не поехала в школу на конном трамвае? — вспомнив утренний инцидент, спросил Клейн.
Мелисса слегка нахмурилась:
— А зачем мне ехать на трамвае? Проезд до школы стоит четыре пенса, туда и обратно — восемь. Если добавить ваши с Бансоном поездки, то в день на транспорт будет уходить двадцать четыре пенса, а это целых два сула! В неделю, если не считать воскресенье, набегает двенадцать сулов. Это почти равно нашей арендной плате!
«Воу-воу, притормози, не нужно так рьяно хвастаться своими познаниями в математике…» — Клейн с усмешкой поднял руки, сдаваясь.
Мелисса на секунду замолчала, а затем добавила:
— И вообще, ходить пешком полезно. Учителя говорят, что всем нужно регулярно заниматься физическими упражнениями. К тому же по дороге я могу найти какие-нибудь сломанные детали.
Клейн тихо рассмеялся и парировал:
— Что ж, давай посчитаем еще раз. Транспорт — двенадцать сулов, аренда — двенадцать сулов и три пенса. В сумме выходит всего один фунт, четыре сула и три пенса. Жалованья Бансона с лихвой хватит, чтобы покрыть эти расходы, и еще останется. Кстати, он уже получил деньги за прошлую неделю… А я зарабатываю один фунт и десять сулов в неделю. Даже если мы будем есть мясо каждый день, даже если учесть расходы на газ, уголь, дрова и специи, при условии скромных обедов, у нас все равно будут оставаться лишние деньги. Мы даже можем позволить себе подписку на утреннюю газету — это всего пенс в день.