— У меня есть с собой фотография юного господина Эллиота.
«Зачем? Потому что мы собираемся искать его с помощью гадания…» — Клейн на мгновение опешил, не зная, как лучше ответить.
Если сказать правду, даже не беря в расчет возможное нарушение пункта о секретности, старый Кли наверняка бы просто развернулся, разорвал договор и мысленно выругался: «Шайка шарлатанов! Уж лучше бы я обратился к самому известному медиуму в графстве Ахоа!»
Стоящий рядом Леонард Митчелл тихо усмехнулся:
— Мистер Кли, мой напарник… то есть коллега, держит весьма необычного питомца. Его нюх острее, чем у любой гончей. Именно поэтому нам нужна одежда и личные вещи юного Эллиота. Сами понимаете, обычные зацепки могут указать лишь на примерный район поисков.
— Что касается фотографии, она нам тоже понадобится. Мы должны знать, как выглядит мальчик, — добавил он.
Старый дворецкий принял это объяснение и медленно кивнул:
— Вы подождете здесь или поедете со мной в городской дом мистера Викролла?
— Поедем вместе, чтобы сэкономить время, — лаконично ответил Клейн.
Ему не только хотелось поскорее испытать свои способности Потустороннего, но и двигало вполне обычное человеческое желание спасти ребенка.
— Хорошо, экипаж ждет внизу, — произнес Кли, доставая из кармана черно-белую фотографию и протягивая ее Леонарду.
На снимке был изображен Эллиот Викролл — мальчик лет десяти с немного длинноватыми волосами, спадающими на глаза, и заметными веснушками на лице. Ничего примечательного в его внешности не было.
Леонард мельком взглянул на фото и передал его Клейну.
Клейн внимательно изучил снимок, убрал его в карман, взял трость, надел шляпу и вслед за своими спутниками покинул офис «Черного Терна», сев в ожидавший внизу экипаж.
Внутри было довольно просторно: пол устилал толстый ковер, а рядом стоял небольшой столик для вещей.
В присутствии Кли Клейн и Леонард хранили молчание, спокойно наблюдая, как карета плавно катится по залитым лужами улицам под аккомпанемент стихающего дождя.
— Отличный кучер, — спустя какое-то время Леонард нарушил тишину, с улыбкой сделав комплимент.
— Угу, — безучастно отозвался Клейн.
Старый дворецкий выдавил из себя слабую улыбку:
— Ваша похвала — большая честь для него. Мы уже почти приехали…
Опасаясь привлечь внимание похитителей, экипаж не стал подъезжать вплотную к дому торговца табаком, а остановился на соседней улице.
Дворецкий Кли раскрыл зонт и отправился за вещами в одиночку. Оставшись в ожидании, Леонард вновь заговорил:
— В прошлый раз, когда я высказывал свои предположения о причинах случившегося, у меня не было никаких скрытых мотивов. Я лишь хотел предупредить, что тот дневник обязательно появится снова. И, возможно, очень скоро.
— Не самый приятный прогноз, — Клейн кивнул в сторону козел, давая понять, что не стоит обсуждать подобные темы при постороннем кучере.
Леонард тихо присвистнул и отвернулся к окну. Капли дождя скользили по стеклу, оставляя мутные дорожки и размывая очертания внешнего мира.
Вскоре Кли вернулся с небольшим узлом в руках. Из-за спешки его брюки были забрызганы грязью, а одежда спереди промокла насквозь.
— Вот одежда, которую юный господин носил вчера. А это его амулет Шторма.
Клейн забрал вещи. Одежда представляла собой уменьшенную копию классического джентльменского костюма: маленькая рубашка, жилетка, галстук-бабочка и прочее.
Амулет Шторма был сделан из бронзы и украшен символами бури и морских волн. Впрочем, он не вызвал у юноши никакого отклика Духовного восприятия.
— Позвольте мне в подробностях рассказать о том, как именно похитили Эллиота. Это должно помочь вам взять след… — усевшись на место, Кли принялся заново пересказывать утренний кошмар, искренне надеясь, что с трудом найденные помощники окажутся полезными.
Ни Клейна, ни Леонарда совершенно не интересовали детали. Их волновало лишь количество похитителей, наличие у них странностей или аномалий и то, были ли они вооружены.
Трое, обычные люди, с огнестрельным оружием… Получив нужную информацию, они распрощались со старым дворецким и наняли неподалеку легкий двухколесный экипаж.
В отличие от общественных омнибусов, такие наемные экипажи — двухколесные или четырехколесные — брали плату либо за расстояние, либо за время. В первом случае тариф составлял четыре пенса за километр в черте города и восемь — за городом. Во втором — два сула в час. Если поездка длилась меньше часа, плата все равно взималась как за полный. Свыше часа — прибавлялось по шесть пенсов за каждые пятнадцать минут, даже если они были неполными. При плохой погоде или экстренной спешке цена могла еще больше возрасти.