Старый Нил подошел к дивану, со смешком опускаясь на него:
— Разве это не очевидно? Вы втроем, сами того не ведая, либо затронули силу, скрытую в дневнике, либо из любопытства провели один из описанных там ритуалов и привлекли внимание сущности, с которой лучше было не связываться. И целью этой силы, этой сущности, было передать дневник Райелу Биберу, оборвав при этом все концы, чтобы никто не смог выйти на след.
— Поэтому Уэлч и Ная, оказавшись за бортом этого плана, покончили с собой прямо на месте. А вот ты… честно говоря, я до сих пор не понимаю, как тебе удалось выжить.
— Я и сам не знаю… — Клейн сел на соседний диван, изобразив на лице горькую усмешку. — Я тоже обдумывал эту версию. Вот только не понимаю, почему дневник нужно было передать именно Райелу Биберу.
Старый Нил развел руками:
— Возможно, его число рождения идеально подходило для каких-то целей. А может, он последний выживший потомок семьи Антигон. В общем, вариантов масса… Тот факт, что этот дневник вообще продали и привезли к нам в Тинген, скорее всего, тоже не случайность.
— Я склоняюсь к версии с потомком, — Клейна словно осенило, но он тут же со вздохом добавил: — Жаль, что я не сообразил этого раньше. Теперь и Райел Бибер, и дневник бесследно исчезли.
Старый Нил мягко улыбнулся:
— Об этом пусть болит голова у Данна. А для тебя это, наоборот, отличная новость.
— Почему вы так считаете? — в недоумении нахмурился Клейн.
Глава 47
Безденежье старого Нила
Старый Нил, массируя виски, произнес:
— Примерная причина, по которой вы совершили самоубийство, теперь ясна. Тот самый дневник попал в руки Райела Бибера. К тому же дело получило огласку. Независимо от того, жив ты или мертв, ты вряд ли сможешь повлиять на дальнейшее развитие событий. Полагаю… уверен, что та неведомая сущность или мистическая сила, стоящая за всем этим, больше не обратит на тебя особого внимания. Точно так же, как ты не обращаешь внимания на муравьев под ногами. Хе-хе, по крайней мере до тех пор, пока ты сам не попытаешься напомнить «Ему» о себе.
Весть о том, что мы объявили Райела Бибера в розыск, скоро дойдет до Тайного Ордена. Они наверняка догадаются, что это связано с местонахождением дневника семьи Антигон. Уж поверь мне, у этих скрытых организаций, существующих тысячелетиями, есть самые разные каналы получения информации. Поэтому они переключат свое внимание на поиски Райела Бибера, пытаясь заполучить дневник раньше нас. Они не станут, да и просто не смогут больше преследовать тебя, следить за тобой или пытаться навредить.
Поздравляю, юноша. Ты избавился от теней прошлого и вот-вот ступишь на новый, залитый солнцем путь.
Слушая его, Клейн то и дело кивал. Испытывая одновременно радость и огромное облегчение, он произнес:
— Надеюсь, что так.
Мрак, нависший над ним с самого момента перемещения в этот мир, казалось, и вправду начал рассеиваться…
Впрочем, откровенно говоря, на сердце у Клейна все еще было неспокойно. Между ним и тем злополучным дневником, похоже, образовалась какая-то незримая кармическая связь, из-за которой он умудрился совершенно случайно наткнуться на его след даже во время обычной миссии по спасению заложника.
Он всерьез опасался, что в один прекрасный день почтальон вдруг принесет ему посылку, а внутри окажется тот самый дневник семьи Антигон!
«Надеюсь, все будет развиваться именно так, как описал старый Нил…» — беззвучно помолился он.
Услышав его ответ, старый Нил усмехнулся:
— Не похоже, чтобы ты был искренне верующим. Разве в такой момент ты не должен начертать на груди знак багровой луны и сказать: «Да пребудет с нами Богиня»?
— Мистер Нил, вы, похоже, тоже не особо верующий. Истинный последователь вряд ли стал бы говорить о «новом, залитом солнцем пути», — Клейн, успевший за время занятий по мистицизму наладить со стариком весьма дружеские отношения, без церемоний ответил сарказмом на сарказм.
Они переглянулись и, обменявшись понимающими смешками, почти синхронно четырежды коснулись груди:
— Хвала Богине!
В этот самый момент раздался звук поворачивающихся шестеренок и пружин, и входная дверь охранного предприятия «Черный Терн» распахнулась.
Элегантная и утонченная миссис Орианна, чьи модные вьющиеся волосы были аккуратно уложены, вошла в приемную, слегка покачивая подолом своего светло-зеленого платья.
— Доброе утро, мистер Нил, доброе утро, Клейн, — с сияющей улыбкой поздоровалась она, сжимая в руке сумочку из телячьей кожи. — Сегодня снова такой ясный день, просто замечательный.