Борясь с головокружением и тошнотой, он с трудом поднялся на ноги. От монстра Бибера остались лишь омерзительные, гниющие куски плоти. Данн и Лоротта лежали без сознания метрах в десяти от эпицентра.
Эл Хассен, Борджиа и Леонард Митчелл тоже валялись на земле: кто-то тихо стонал от боли, кто-то тщетно пытался встать.
Клейн только собирался облегченно выдохнуть, как вдруг заметил в двух-трех метрах от себя знакомый предмет.
Железный черный чемодан перестал катиться и лежал, уставившись испещренной трещинами стороной прямо в небо.
Оттуда высунулась тонкая, коричневатая рука.
«Запечатанный артефакт… „2–049“… Твою мать!» У Клейна екнуло сердце. Он тут же захотел отпрыгнуть на несколько метров назад, чтобы вырваться из радиуса действия «2–049».
Оказывается, взрывной волной железный черный ящик отбросило прямо к нему!
И в этот самый миг в голове Клейна раздался резкий гул, а его мысли погрузились в вязкий, непреодолимый ступор.
Глава 75
Самоспасение
«Проклятье! Меня взяла под контроль марионетка!»
«Капитан и остальные либо без сознания… либо еще не пришли в себя и не могут даже подняться… Они просто не успеют… разбудить меня…»
«Нет… я должен… спастись сам!»
В глазах Клейна всё превратилось в замедленную съемку из прошлой жизни. Казалось, в каждый сустав его тела и даже в сам мозг, отвечающий за мысли, заливали все больше и больше густого клея.
У него не было ни малейшего желания становиться живой куклой. Цепляясь за ускользающие крохи контроля над собой, юноша отчаянно искал способ спастись.
«Ударить себя… точно… не выйдет… нужна… внешняя сила…»
«Внешняя сила… стоит попробовать…»
Времени на долгие раздумья и колебания не оставалось. За пару секунд ухватившись за спасительную мысль, Клейн заставил свои «заржавевшие» колени сдвинуться с места и сделал один шаг против часовой стрелки.
В то же время он даже не пытался вырваться из невидимой удавки, сдавившей его горло, а лишь мысленно начал читать заклинание:
«Бессмертный… Владыка… Небес…»
Он собирался использовать таинственный мир над серым туманом, чтобы пробудить себя и вырваться из процесса ассимиляции Запечатанного артефакта «2–049»!
Хрусь-хрусь! Колени и лодыжки Клейна издали натужный, скрежещущий звук. Медленно, неестественно изгибаясь, он сделал еще один шаг против часовой стрелки.
«Бессмертный… Владыка… Земли…»
Мысли становились все более тягучими и вязкими. Клейн чувствовал себя старым компьютером, на который разом установили все возможные антивирусы и громоздкие программы: зависая на каждом движении, он с огромным трудом поднял левую ногу и шагнул в нужную точку:
«Бессмертный… Владыка… всего…»
Разум Клейна коченел, мысли ползли со скоростью улитки. Лишь на одних голых инстинктах он заставил себя сделать последний шаг.
На этом этапе он прекрасно понимал: контроль марионетки почти стал абсолютным. Даже если Эл Хассен прямо сейчас вскочит и бросится к нему на выручку, он, скорее всего, уже не сможет его разбудить.
Но неистовая жажда жизни заставила его мысленно выдавить из себя последнюю строчку заклинания:
«Бессмертный… Владыка… Небес… и… Земли…»
Едва последняя мысль угасла, как в голове внезапно взорвались неистовые, безумные вопли и шепотки. Они в одночасье смели его застывшие мысли, разбив их вдребезги на множество неконтролируемых обрывков.
Разум Клейна превратился в бурлящий котел с кашей. Находясь в полубреду, он почувствовал, как его «тело» теряет вес, а Духовность устремляется ввысь.
Бескрайний серо-белый туман и россыпь темно-красных звезд вновь предстали перед его мысленным взором — безмолвные, таинственные и размытые.
Хаотичные мысли Клейна стремительно улеглись. Вновь обретя способность соображать, он увидел величественный, монументальный храм.
— Фух… Слава богу, сработало, — прошептал он, содрогаясь от запоздалого ужаса.
Опираясь на прежние наблюдения, он прекрасно понимал: стоит лишь окончательно угодить под контроль Запечатанного артефакта «2–049», как это будет равносильно смерти. В обычных обстоятельствах от этого не спасли бы ни лекарства, ни какие-либо другие методы.
К счастью, его «ритуал на удачу» и таинственный мир над серым туманом явно выходили за рамки этих самых «обычных обстоятельств»!
Сделав пару шагов взад-вперед, Клейн принялся обдумывать свое нынешнее положение:
«Я ведь не могу оставаться здесь вечно?»
«Если дождусь, пока капитан и остальные очнутся или подойдут ближе, я просто не смогу объяснить им, что со мной произошло…»