— Что это такое? — прошептал Клейн, не решаясь прикоснуться к аномалии.
У него даже в мыслях не было прикарманить этот жуткий кровавый шарик. Во-первых, он понятия не имел, несет ли тот угрозу. Во-вторых, он был абсолютно уверен: Фрай, так тщательно осматривавший труп, наверняка уже заметил клеймо и даже мог знать о природе этой аномалии.
«А если Фрай не в курсе, то лучше передать эту штуку капитану. Пусть весь отряд Ночных Ястребов ломает голову и исследует ее. Всяко безопаснее, чем мне ставить на себе опыты вслепую…» — рассудил Клейн.
Находясь в организации, нужно уметь выжимать максимум пользы из ее ресурсов и возможностей.
Простояв в напряжении несколько минут, он наконец увидел возвращающегося Фрая — мужчину с черными волосами, ледяными голубыми глазами и тонкими губами.
Взгляд «Сборщика трупов» тут же прикипел к зависшему в воздухе кровавому сгустку. Он задал тот же самый вопрос, что недавно крутился в голове Клейна:
— Это что такое?
— Понятия не имею.
Честно покачав головой, Клейн без малейшей утайки пересказал ему все, что здесь произошло.
— Клеймо отвалилось и превратилось в сгусток крови…
Фрай задумчиво кивнул и добавил:
— Тела Потусторонних частенько выкидывают подобные фокусы…
Подняв взгляд на Клейна, он попросил:
— Сходи за капитаном. И не забудь рассказать ему о том, что именно шептал мертвец.
— Хорошо.
Клейн и сам мечтал поскорее убраться отсюда.
— И тебе не обязательно возвращаться вместе с ним, — бросил ему вслед Фрай. — Сомневаюсь, что тебе захочется наблюдать за тем, что будет дальше.
С этими словами он взял в руки лежащий поблизости серебристо-белый скальпель.
Все еще содрогаясь от пережитого, юноша торопливо закивал:
— Именно на это я и надеялся.
Подхватив трость и поправив шляпу, он направился к вратам Чаниса. Войдя в караульное помещение, он увидел Данна, к которому уже вернулась былая бодрость.
Капитан спокойно выслушал его рассказ и едва заметно кивнул:
— Я доложу об этом наверх. Пусть Священный Собор решает. Возможно, они отправят отряд к главной вершине хребта Хорнакис, чтобы все проверить.
Клейн утвердительно хмыкнул. Заметив, что в комнате находятся лишь капитан и «Бессонный» Кенли, он как бы невзначай поинтересовался:
— Мистер Эл и остальные отправились отдыхать?
Данн ответил кивком:
— Эл и Борджиа пошли в собор Святой Селены, а Лоротта, скорее всего, отправилась на поиски кофейни.
— Кофейни? Но ведь мадам Лоротта еще не до конца оправилась от ран? — с искренним удивлением переспросил юноша.
Потерев надбровные дуги, Данн усмехнулся:
— У Лоротты есть три страсти: кофе, сладости и горничные. По ее словам, лишь наличие всех трех компонентов способно ускорить ее выздоровление.
— Горничные? — опешил Клейн.
«Неужели у мадам Лоротты какие-то… весьма специфические наклонности?»
Данн бессильно покачал головой:
— Да, она обожает горничных. И, если быть точным, она обожает горничных с пышным бюстом.
— … Какая неординарная личность.
Клейн даже не нашелся с подходящей эмоцией для ответа.
Не став больше задерживаться, Данн направился к выходу из караульного помещения. Юноша смотрел ему вслед, терпеливо дожидаясь неизбежного.
Краем глаза он заметил, как дежуривший Кенли достал карманные часы и со щелчком откинул крышку.
«Три, два, один…» — мысленно отсчитал Клейн. И ровно в этот момент капитан остановился. Обернувшись вполоборота, он произнес:
— Забыл еще кое-что. Клейн, на тебя сегодня много чего навалилось. Когда адреналин спадет, ты наверняка почувствуешь себя выжатым как лимон. Так что на вторую половину дня ты свободен, иди домой и как следует отдохни. А завтра… завтра составь подробный список всех своих убытков и подай заявление на возмещение.
И да, не терзай себя мыслями об убийстве Потустороннего. Лишив его жизни, ты спас куда больше невинных людей.
Клейн беззвучно выдохнул с облегчением и ответил:
— На самом деле, мне уже гораздо лучше.
Данн едва заметно кивнул и уже собирался уйти, как вдруг хлопнул себя по лбу:
— И еще. Я передал портрет этого Потустороннего Леонарду, чтобы он вместе с полицией занялся расследованием. Думаю, этот тип наверняка передвигался по Тингену на экипажах, заходил в рестораны и снимал где-то жилье.
— Как мудро подметил император Россель: «Каждый шаг оставляет след».
С деревянным лицом отозвался Клейн:
— … Истинная правда.
Дождавшись, пока капитан скроется из виду, юноша тоже покинул караульное помещение и неспешным шагом побрел на второй этаж.