Запахи постепенно сливались воедино, заставляя Клейна то и дело сглатывать слюну; он открывал крышку карманных часов и поглядывал на минутную стрелку.
Спустя сорок с лишним минут послышались не слишком легкие, но ритмичные шаги; ключ вставили в замочную скважину, ручка повернулась, и дверь открылась.
— Как вкусно пахнет… — прошептала Мелисса с сомнением в голосе, еще даже не успев войти.
Держа в руках сумку, она шагнула внутрь и скользнула взглядом по печи.
— Это ты приготовил? — рука Мелиссы, снимающей шляпку с вуалью, замерла в воздухе, а во взгляде, устремленном на Клейна, читался неподдельный ужас.
Она шмыгнула носом, вдохнув больше аромата; ее взгляд быстро смягчился, словно она обрела немного уверенности.
— Ты приготовил? — снова с сомнением спросила она.
— Боишься, что я перевел баранину? — с улыбкой ответил вопросом на вопрос Клейн. И, не дожидаясь ответа, добавил: — Не волнуйся, я специально спрашивал у Уэлча, как готовить это блюдо. Ты же знаешь, у него был отличный повар.
— В первый раз? — брови Мелиссы непроизвольно нахмурились, но аромат быстро сгладил ее беспокойство.
— Похоже, у меня большой талант, — рассмеялся Клейн. — Почти готово, положи книги и шляпку, сходи вымой руки, а потом приходи пробовать. Я уверен в результате.
Слушая методичные распоряжения брата и видя его мягкую, спокойную улыбку, Мелисса застыла в дверях, не в силах вымолвить ни слова.
— Тебе нравится, когда потушено помягче? — с улыбкой поторопил ее Клейн.
— А, да, хорошо! — Мелисса пришла в себя и, держа в одной руке сумку, а в другой шляпку, быстро побежала во внутреннюю комнату.
Когда Клейн снял крышку с кастрюли, ему в лицо ударило облако пара. Две буханки ржаного хлеба были заранее положены на край кастрюли рядом с бараниной и горошком, чтобы они впитали аромат и тепло, став мягкими.
К тому времени, как Мелисса убрала свои вещи, вымыла руки с лицом и вернулась, на письменном столе уже стояла тарелка с тушеной бараниной с молодым горошком, украшенная картошкой, морковью и луком, а две буханки черного хлеба, слегка пропитавшиеся мясным соком, лежали на отдельных тарелках.
— Давай, попробуй, — Клейн указал на деревянные вилку и ложку, лежавшие рядом с ее тарелкой.
Мелисса все еще была немного растеряна, но отказываться не стала. Она взяла вилку, наколола кусочек картошки, поднесла ко рту и осторожно откусила.
Рассыпчатость картофеля и густой аромат мясного сока мгновенно заполнили ее рот, вызвав обильное слюноотделение; она в три счета проглотила этот кусочек.
— Попробуй мясо, — Клейн кивнул подбородком на тарелку.
Он уже успел попробовать свое творение и решил, что оно едва дотягивает до проходного балла, но для девочки, не видевшей жизни и едящей мясо лишь изредка, этого было более чем достаточно!
В глазах Мелиссы загорелось предвкушение; она осторожно наколола на вилку кусочек баранины.
Мясо было отлично протушено; стоило ему попасть в рот, как оно словно растаяло. Взрыв истинного мясного вкуса и восхитительный сок заполнили все ее рецепторы.
Это было небывалое наслаждение, из-за которого Мелисса просто не могла остановиться.
Когда она пришла в себя, то обнаружила, что съела уже несколько кусков баранины.
— Я… Я… Клейн, это ведь предназначалось для тебя… — лицо Мелиссы мгновенно покраснело, и она заикалась.
— Я уже успел попробовать, пока готовил. Это привилегия повара, — с улыбкой успокоил сестру Клейн. Он также взял вилку и ложку: то отправлял в рот кусочек мяса, то целую ложку горошка, а то откладывал приборы, чтобы отломить кусок черного хлеба и обмакнуть его в соус.
Мелисса расслабилась и, поддавшись абсолютно непринужденному поведению Клейна, вновь погрузилась в наслаждение вкусом.
— Как же вкусно, ни за что не скажешь, что ты готовил в первый раз, — Мелисса посмотрела на пустую тарелку, где не осталось даже капельки соуса, и искренне похвалила брата.
— До повара Уэлча мне еще очень далеко. Вот когда у меня появятся деньги, я отведу вас с Бансоном в ресторан, поедим чего-нибудь получше! — Клейн так увлекся, что сам начал предвкушать этот момент.
— Твое собеседование… ик… — Мелисса не успела договорить, как вдруг не сдержалась и издала сытую отрыжку.
Она поспешно прикрыла рот рукой, и ее лицо залилось краской смущения.
Во всем была виновата эта невероятно вкусная баранина с молодым горошком!
Клейн усмехнулся про себя, решив не дразнить сестру, и, указав на тарелки, сказал:
— Это твое задание.