«Происхождение Мутировавшего Священного Знака Солнца в моей руке».
Завершив семикратное повторение, юноша сжал в руках пергамент и призрачную эмблему. Откинувшись на спинку кресла, он провалился в сон.
В этом туманном, призрачном пространстве перед взором Клейна предстала крошечная капля золотистой, излучающей первозданное тепло и свет жидкости.
Она безмятежно парила над древним алтарем. А прямо перед ней застыл мужчина, облаченный в классическую белоснежную мантию.
Клейн видел лишь его спину. Мужчина, лишенный малейших искр жизни, словно в замедленной съемке рухнул прямо на алтарем.
И в этот самый миг зажатый в его руке Священный Знак Солнца соприкоснулся с золотистой каплей. Сияющая жидкость в мгновение ока впиталась в холодный металл.
На этом видение резко оборвалось. Сон стремительно поблек, и Клейн вынырнул в реальность серого тумана.
«Так вот в чем дело… Эта эмблема впитала в себя ту золотую каплю, отчего ее сила стала неиссякаемой, а влияние — неподконтрольным. Хм, как минимум за те десятки лет, что прошли с момента ее обнаружения, очищающая мощь артефакта ни на йоту не ослабла… Что же это была за золотая жидкость? Какой-то невероятно редкий потусторонний материал высшей пробы?» — задумчиво вертя в руках иллюзорный знак, юноша погрузился в глубокие раздумья.
Поломав голову несколько минут, он решил провести эксперимент. Опираясь на воспоминания из сна, он попытался заставить призрачный артефакт в своей руке отделить от себя эту самую «золотую каплю».
И стоило ему лишь пожелать, как это произошло наяву. Ошеломленный Клейн уставился на лишившуюся своей теплой, очищающей ауры эмблему и на безмятежно парящую рядом каплю золотого света. Его оценка могущества этого таинственного пространства над серым туманом взлетела до небес.
Это было поистине поразительно! И пусть перед ним были лишь материализованные иллюзии, сама способность расщеплять их на составляющие граничила с божественным чудом!
«Происхождение этой золотой капли». Сгорая от предвкушения, Клейн торопливо вывел новое утверждение для гадания.
Глава 141
Мастер нарываться на неприятности
«Происхождение этой золотой капли».
Мысленно повторив утверждение для гадания семь раз, Клейн, держа в руке пергамент и зажав иллюзорную золотую каплю, откинулся на спинку кресла.
Он понятия не имел, сработает ли гадание, если опираться исключительно на собственное чутье для отделения и материализации предмета. Ему оставалось лишь смело выдвигать гипотезы и осторожно проверять их на практике.
Спустя несколько секунд глаза Клейна потемнели, сменив цвет с карего на непроглядно-черный, и он погрузился в состояние медитации.
Его веки отяжелели и опустились, а перед мысленным взором предстал туманный, призрачный мир сновидений.
В этом сером, расколотом на куски пространстве внезапно вспыхнуло ослепительное, сияющее золотое солнце!
Сквозь бесчисленные слои пустоты донесся низкий, глухой гул. Абсолютно чистое, нестерпимо яркое сияние в одночасье воспламенило всё сущее, и золотые, обжигающие языки пламени безумным вихрем хлынули во все стороны.
Бум!
Клейна мгновенно вышвырнуло из сна. Содрогаясь всем телом, он рухнул на бок. Его фигура уподобилась пылающему факелу, охваченному ревущим огнем.
В этот самый миг его рассудок погрузился в абсолютный хаос, не оставив ни единой связной мысли.
Грохот!
Таинственное пространство над серым туманом заходило ходуном. Величественный, монументальный дворец начал рушиться дюйм за дюймом. Древний, испещренный временем бронзовый стол покрылся глубокими кратерами и развалился на части.
Эти пугающие, апокалиптические разрушения продлились всего три секунды. А затем серо-белая пелена тумана вновь погрузилась в первозданную тишину, словно ничего этого и в помине не было.
Золотое пламя на теле Клейна тоже постепенно угасло. С обугленной, черной как смоль кожей он катался по полу и истошно вопил, пока к нему наконец не вернулась способность соображать.
Вцепившись в подлокотник кресла с высокой спинкой, он с невероятным трудом поднялся на ноги. Его обуревали дикий первобытный ужас и полнейшее недоумение перед тем, что только что произошло.
До сего момента ему и в страшном сне не могло привидеться, что один-единственный сеанс гадания способен обернуться столь катастрофическими последствиями!
Сделав несколько жадных, судорожных вдохов, он огляделся по сторонам и увидел, что незыблемый, казалось бы, величественный храм и древний стол разрушены до основания. Для таинственного мира над серым туманом, где никогда не случалось никаких аномалий, подобный урон был просто беспрецедентным.