Без двадцати минут три Клейн отложил книгу, запечатал спальню духовной стеной и вновь перенесся в таинственное пространство над серым туманом.
Вальяжно усевшись во главе длинного бронзового стола, он не стал высчитывать частоту сердцебиения «Солнца», а просто вытянул правую руку и заранее послал ему отклик.
В Городе Серебра.
Деррик Берг, обливаясь потом на тренировочной площадке, вдруг почувствовал помутнение в глазах. Сквозь пелену он разглядел густой серый туман, а в его глубине — восседающего в кресле с высокой спинкой Шута.
Юноша на мгновение остолбенел, тут же прекратил тренировку и покорно опустил голову.
Дождавшись, пока «иллюзия» рассеется, он начал про себя отсчитывать удары сердца, подхватил свой серебристо-белый прямой меч и быстрым шагом направился в зону отдыха.
Спустя тысячу ударов он уже надежно заперся в пустой уборной.
Выждав еще десяток вздохов, он увидел, как из пустоты вырывается багровый свет, в мгновение ока поглощая его с головой.
Над серым туманом. Клейн откинулся на спинку кресла и незаметно дважды сомкнул левые зубы, активируя Духовное зрение.
Он посмотрел в глубины Эфирного тела «Солнца» и увидел, что пестрые, хаотичные цвета слились в чистый, безупречный оттенок, подобный утренней заре. С легкой улыбкой юноша произнес:
— Мои поздравления, мистер Бард.
Одновременно с этим он заметил, как за спинкой кресла Деррика стремительно перемещаются сияющие звезды, складываясь в символ солнца.
«Оно изменилось само по себе, без моего мысленного приказа, словно сработал условный рефлекс… Хм, за исключением этого дворца, стола и кресел, ни один другой материализованный здесь предмет не сохраняется после моего ухода… У них совершенно особая природа… А серый туман и впрямь таит в себе немало секретов…» — Клейн задумчиво разглядывал представшую перед ним картину.
Деррик еще ниже опустил голову и сдержанно, со всем смирением ответил:
— Всё это стало возможным лишь благодаря вашей помощи. И это только начало.
Его ничуть не удивило, что Шут смог с первого взгляда определить, что он выпил зелье.
Клейн извлек серебряные карманные часы, со щелчком откинул крышку и тихо рассмеялся:
— Что ж, давайте начнем наше собрание. Запомни, впредь мы будем встречаться примерно с такой же частотой… эм, или, вернее сказать, с таким интервалом.
С этими словами он установил связь с багровыми звездами, символизирующими «Справедливость» и «Повешенного», вновь втянув обоих участников в монументальный дворец, подобный жилищу гигантов.
Одри, едва сфокусировав взгляд на окружающей обстановке, тут же радостно, звонким голосом поприветствовала собравшихся:
— Добрый день, господин Шут! У меня есть для вас еще одна страница из дневника императора Росселя.
— Добрый день, мистер Солнце. Вам удалось раздобыть рецепт «Телепата»?
Глава 159
Во всеоружии
«Мисс Справедливость всегда умудряется сохранять столь лучезарное настроение. Какая зависть, вот бы и мне так…» — услышав ее звонкое, жизнерадостное приветствие, беззвучно вздохнул Клейн, восседающий во главе длинного бронзового стола.
Впрочем, тут же вспомнив, с какой поразительной легкостью она выложила тысячу фунтов наличными, он вдруг осознал: чтобы радоваться жизни так же непринужденно, как мисс «Справедливость», ему придется несказанно потрудиться…
«Солнце», Деррик Берг, будучи юношей, крайне трепетно относящимся к собственной репутации, немедленно отозвался:
— Я уже раздобыл рецепт «Телепата».
За эти дни он успел привести в порядок наследство, оставшееся от родителей. Если не брать в расчет дом, мебель и парочку памятных безделушек, все остальные мало-мальски ценные вещи юноша отнес на «черный рынок» Города Серебра. Там он выменял их на рецепт «Телепата» и ингредиенты для зелья «Барда». И теперь ему приходилось выживать исключительно на скудном пайке.
Однако Деррик твердо верил, что это продлится недолго. Как только он сдаст боевой экзамен, его зачислят в отряд зачистки окрестностей от «порождений тьмы», где платили весьма щедрое жалованье.
«А когда я стану по-настоящему сильным, я подам прошение о переводе в элитный отряд. Я буду исследовать самые темные глубины и обязательно отыщу способ снять это проклятие…» — с затаенной надеждой подумал Деррик, повернув голову к восседающему в густом сером тумане «Шуту».
Еще на прошлом собрании он подметил одну странность: мисс «Справедливость», испросив дозволения у господина Шута, смогла каким-то чудесным образом материализовать неведомый дневник Росселя прямо из воздуха!