— Ночной Ястреб Клейн Моретти. Именем Богини я торжественно объявляю: ты успешно прошел проверку Священного Собора.
— Мои поздравления. Опираясь на твои заслуги, ты получаешь право на немедленное продвижение. Отныне ты — Потусторонний 8-й Последовательности!
Глава 169
Зелье «Клоуна»
«Фух, наконец-то прошел… Вот так просто…» — услышав слова Крестета Сесимы, Клейн, хоть и был морально готов к подобному исходу, сначала облегченно выдохнул, а затем почувствовал легкую растерянность. Всё это казалось каким-то нереальным, похожим на сон.
Он ожидал, что проверка будет куда более суровой и затяжной. Но, немного поразмыслив, пришел к выводу, что именно так всё и должно было быть. Если бы он не переварил зелье «Провидца» всего за месяц и не запросил скорейшего продвижения, а послушно ждал бы положенные три года, эта инспекция вряд ли бы вообще потревожила Священный Собор. Дело бы ограничилось формальной проверкой от капитана тингенских Ночных Ястребов.
«Я-то думал, они будут дотошно копаться в моей родословной и опрашивать всех знакомых… Хм, а может, Его Превосходительство Сесима прибыл в Тинген пару дней назад и уже успел провернуть всё это втайне от меня?.. А еще я ждал, что в проверку войдет выполнение какого-нибудь особого задания… Эх, ну и фантазер же я. Главная цель Священного Собора — лишь убедиться в том, насколько хорошо я усвоил зелье, нет ли во мне скрытых червоточин, четко ли я осознаю суть „метода отыгрыша“ и не разболтал ли я этот секрет кому попало…» — эти мысли вихрем пронеслись в голове юноши, и на его лице расцвела искренняя улыбка:
— Благодарю вас, Ваше Превосходительство Сесима.
— Хвала Богине!
Крестет едва заметно кивнул:
— Продвижение даруется нам лишь для того, чтобы мы могли еще усерднее служить Богине и лучше защищать Ее добрую паству. Запомни это накрепко. Поверь мне, эта мысль станет твоим щитом против искушения потерять контроль. Запомни: именно искушения.
«Искушения…» — Клейн мысленно смаковал это слово.
Старший диакон смерил его пристальным взглядом своих темно-зеленых глаз и предельно сурово добавил:
— «Метод отыгрыша» — это не панацея. Да, он помогает переварить зелье и снижает риск срыва в безумие, но он не всесилен. Более того, порой он способен сыграть с тобой злую шутку: ты рискуешь перепутать свою истинную суть с той ролью, которую отыгрываешь. Сам знаешь, театральные и оперные актеры, заигравшись, частенько зарабатывают себе серьезные проблемы с психикой. А перейдя определенную черту, ты просто сойдешь с ума по-настоящему.
«Помни, что ты всего лишь отыгрываешь роль… Единственное и главное правило, выведенное поколениями в Городе Серебра. Оно идеально перекликается с предостережениями диакона Сесимы…» — задумчиво кивнув, Клейн дал понять, что всецело разделяет эту точку зрения.
— И еще кое-что, — с нажимом произнес Крестет. — Потеря контроля зависит не только от самого зелья. Она неразрывно связана с твоим эмоциональным фоном и душевным здоровьем. Для Потустороннего нет ничего важнее умения держать себя в узде. Лишь абсолютный самоконтроль способен защитить от сладких речей еретических богов и демонов, уберечь от разъедающей коррозии зависти, алчности и прочих низменных страстей.
— Разумеется, я вовсе не призываю тебя превратиться в бесчувственного истукана и полностью выкорчевать из себя все эмоции и желания. Это непосильная задача даже для полубогов, что уж говорить о простых смертных. Хм, возможно, подобного состояния способны достичь лишь представители некоторых весьма специфических Последовательностей.
— Выходит, главное — удерживать эти страсти и желания в разумных рамках? Не позволять им брать верх над рассудком и толкать на безумные, безрассудные поступки? — Клейн внезапно вспомнил старого Нила и не удержался от вопроса.
Крестет серьезно кивнул:
— Именно так.
Ответив, он позволил лучикам морщин собраться в уголках глаз:
— Это всё, о чем я хотел тебя предостеречь. А теперь… теперь я передам тебе рецепт зелья «Клоуна» и все необходимые для него ингредиенты.
Он наклонился, поднял серебристо-белый чемоданчик и водрузил его на длинный стол. Развернувшись, старший диакон сделал пару шагов в сторону, надежно заслонив обзор Клейну.
И когда свет газовых ламп вновь непостижимым образом угас, погрузив алхимическую лабораторию в кромешный мрак, до юноши наконец дошло: и формула, и материалы всё это время лежали в том самом футляре со священным артефактом! Просто раньше его взгляд был настолько прикован к чисто-белому костяному мечу, что он не замечал — и попросту не мог заметить — ничего другого.