— У вас отличное чувство юмора, — рассмеялся Толлер и, указав на выход, предложил: — Ну что, выдвигаемся?
— Пойдемте, — согласился Клейн, так и не выпустив из руки трость. Став «Клоуном», он наконец-то мог использовать это «оружие» в полную силу.
Покинув офис охранного предприятия «Черный Терн», Клейн и Толлер бок о бок спустились по лестнице. Рядом друг с другом они смотрелись весьма комично — один подтянутый и стройный, другой грузный и пузатый.
— Знаете, мне кажется, мы бы отлично смотрелись на арене цирка, развлекая почтенную публику, — внезапно пошутил Клейн.
Толлер с готовностью закивал:
— Согласен, наш контраст просто создан для комедии. А вы в курсе, что некоторые бродячие цирки уже вовсю экспериментируют с парными выступлениями клоунов, играя на разнице в росте и весе?
«Вообще-то я имел в виду дрессировщика и его дрессированного медведя…» — Клейн, разумеется, не стал озвучивать столь бестактную мысль вслух, а лишь вежливо поддакнул:
— Какая жалость, что в Тингене нет стационарного цирка.
— И не говорите. Зато у нас есть оперный театр, большие концертные залы и музыкальные салоны, — с легким сожалением в голосе отозвался инспектор Толлер.
Обмениваясь подобными светскими любезностями, они забрались в полицейскую карету. И лишь тогда Клейн перевел разговор в рабочее русло:
— Вы абсолютно уверены, что члена совета Мейнарда убили?
— Стопроцентной уверенности нет. Однако ни его жена, ни двое сыновей категорически не желают верить в версию с внезапной болезнью. Да и на месте происшествия… скажем так, есть кое-какие странности. Когда мистера Мейнарда нашли, он лежал на кровати в гостевой спальне. Абсолютно голым, — тщательно подбирая слова, ответил Толлер.
— Они с супругой спали в разных комнатах? — Клейн вальяжно откинулся на спинку сиденья, невольно копируя повадки сыщиков из просмотренных в прошлой жизни детективных сериалов.
Толлер покачал головой:
— Нет. Его жены вообще не было в городе последние несколько дней. Она отправилась в Баклунд на какой-то важный светский бал. Возможно, вы не в курсе, но она — дочь одного из лидеров Новой партии, члена Палаты общин. Прямо сейчас она находится на пути в Тинген, в паровом поезде. А свою категоричную позицию по поводу расследования она выразила заранее, отбив нам телеграмму.
— Мистер Мейнард, к слову, тоже состоял в Новой партии и заседал в городском совете Тингена уже больше десяти лет. А на грядущих выборах в следующем году он планировал побороться за кресло мэра.
— Иными словами, его смерть может быть связана с политикой? — машинально спросил Клейн, но тут же сам рассмеялся. — Впрочем, я здесь лишь для того, чтобы помочь со «вскрытием». Можете не отвечать, это совершенно не мое дело.
Толлер, ничуть не смутившись, со вздохом пояснил:
— Вскрытие… А вы и впрямь крайне осторожны в формулировках.
— Что же касается ваших догадок… могу сказать лишь одно: всё возможно. Вчера вечером мистер Мейнард устраивал в своем особняке прием. Гостей было великое множество, люди постоянно сменяли друг друга, поэтому мы пока просто физически не можем выделить главного подозреваемого. К тому же все присутствовавшие — люди весьма респектабельные, с положением в обществе. Мы обязаны действовать с предельной деликатностью. Любая ошибка обернется катастрофой.
— Понимаю, — едва заметно кивнул Клейн и, движимый любопытством, принялся расспрашивать инспектора о деталях с места происшествия.
Особняк Мейнарда располагался в респектабельном районе Золотого Платана. Это было монументальное отдельное здание, со всех сторон окруженное пышными садами и безупречно подстриженными газонами. На территории имелись собственные конюшни, изящный фонтан и широкие, вымощенные камнем подъездные аллеи.
Поправив мягкую фуражку с полицейским гербом, Клейн, шагая бок о бок с инспектором Толлером, миновал чисто номинальное полицейское оцепление. Под пристальными взглядами констеблей они переступили порог парадных дверей роскошного двухэтажного дома.
В просторной гостиной четверо стажеров-инспекторов — двое мужчин и две женщины — вовсю вели раздельные допросы, кропотливо собирая показания.
Окинув собравшихся мимолетным взглядом, Клейн приметил немало джентльменов в строгих фраках, а также нескольких леди в роскошных дворцовых платьях, чьи лица были скрыты за изящными, в мелкую сетку, вуалями.
— Все эти люди остались здесь переночевать после вчерашнего приема, — коротко пояснил Толлер, увлекая Клейна к лестнице, ведущей на второй этаж.