«А если вспомнить Бледную Эпоху на закате прошлой Эры… Главными виновниками гибели Смерти наверняка стали именно Богиня Вечной Ночи и Бог Войны…»
«Капитан в повседневной жизни ведет себя абсолютно нормально. Если не брать в расчет его дырявую память, в нем нет ни капли безумия. Так что вариант с зельем „Вампира“ можно смело вычеркивать!»
«В последнее время к мистеру Азику возвращается всё больше воспоминаний… Неужели „Ползучий Голод“ и впрямь послужил столь мощным катализатором?»
Едва заметно кивнув, Клейн продолжил чтение:
«Термин „Мутант“ не обозначает какую-то конкретную расу. Это скорее общее название для целого ряда схожих существ. В обычном состоянии они ничем не отличаются от людей. Но в глубинах их душ вечно тлеют первобытные, извращенные и подавленные желания. Стоит им лишь столкнуться с определенным триггером или оказаться в специфической обстановке, как их нутро вырывается наружу. Они превращаются в кровожадных монстров, готовых на всё ради утоления своей жажды убийства».
«Как только приступ спадает, они вновь возвращают себе человеческий облик. Но с каждой такой вспышкой они становятся всё более безжалостными и хладнокровными. В конечном итоге их разум искажается окончательно и бесповоротно».
«Самый яркий и, пожалуй, единственный пример, который я могу сейчас вспомнить — это оборотни. В повседневной жизни их невозможно отличить от людей. Даже большинство способностей Потусторонних не в силах их распознать. Но в полнолуние их извращенные желания обостряются до предела, и это неминуемо влечет за собой физические метаморфозы».
«Твой начальник вполне может оказаться скрытым „Мутантом“. А гибель товарищей стала тем самым триггером, пробудившим его истинную натуру».
«Всё вышесказанное — лишь мои личные догадки. Моя память всё еще напоминает решето, поэтому я не могу поручиться, что не существует иных объяснений. Вполне возможно, что твоя теория о предвестниках потери контроля тоже верна».
«Но если он действительно выпил зелье „Вампира“ или от рождения является „Мутантом“, спасти его уже невозможно. Впрочем, когда-то бытовало мнение, что все „Мутанты“ изначально были самыми обычными людьми. Они подверглись жуткому проклятию или пали жертвой скверны еретических богов и демонов. Именно поэтому в определенных ситуациях они превращаются в чудовищ».
«Кроме того, я понятия не имею, поддаются ли лечению ранние симптомы потери контроля. Мой тебе совет: немедленно доложи обо всем вышестоящему руководству. Остается лишь надеяться, что еще не слишком поздно».
Отложив письмо, Клейн помрачнел. Устремив невидящий взгляд на письменный стол, он надолго погрузился в раздумья.
Ему пришлось признать: вариант с «Мутантом» действительно имел право на существование. Но и симптомы надвигающейся потери контроля сбрасывать со счетов было нельзя.
«Остается лишь дождаться ответа от мадам Дейли… Мое письмо, отправленное позавчера ночью, должно было лечь ей на стол еще вчера утром. Если бы она ответила сразу, я бы получил весточку еще вчера вечером или, в крайнем случае, сегодня на рассвете… А сейчас уже время близится к полудню… Может, этот мелкий посланник до смерти боится врат Чаниса и не решается сунуться ко мне на дежурство? Или мадам Дейли просто завалена делами?» — Клейн покачал головой. Чувствуя чудовищную усталость, он с помощью медитации заставил себя провалиться в сон.
Оказавшись в мутном, иллюзорном мире грез, он мгновенно обрел ясность рассудка. Он прекрасно понимал, что спит.
Вскоре перед ним возник Данн Смит в своем неизменном тонком черном плаще.
Сымитировав сомнамбулическую, замедленную реакцию спящего, Клейн вяло поздоровался:
— Доброе утро… капитан…
Данн едва заметно кивнул:
— В ходе расследования по делу Ланевуса Леонард нащупал одну зацепку. Ему нужна твоя помощь.
— Тот «Тайнозритель», которого к нам направил Священный Собор, задерживается. Из-за поломки парового поезда он прибудет лишь завтра утром.
— Понял… — всё тем же плавающим, отрешенным тоном отозвался Клейн.
Данн на секунду задумался и добавил:
— Тебе не нужно заезжать на Зотланд-стрит. Отправляйся прямиком в дом номер шестьдесят два на Хаулс-стрит. Леонард ждет тебя там.
— Рассчитываю на тебя.
Едва эти слова слетели с его губ, как сновидение разлетелось вдребезги. Клейн подсознательно распахнул глаза.
«Хаулс-стрит… Там же находится Клуб гадателей. И там же жил мой погибший однокурсник Уэлч… И тот сектант из Ордена Авроры тоже ошивался в тех краях… В последнее время на нас обрушилось столько всего, одно дело наслаивается на другое. Такое чувство, будто в городе зреет нечто грандиозное…» — с тяжелыми мыслями Клейн медленно поднялся с кровати. Умывшись и приведя себя в порядок, он натянул чистую белую рубашку, коричневый жилет и черный плащ. Прихватив шелковый полуцилиндр, он спустился в гостиную.