Не дожидаясь расспросов Клейна, девушка продолжала:
— За ним следует 8-я Последовательность — «Полуночный поэт», а еще выше — 7-я Последовательность, «Кошмар».
«Кошмар?» — Клейн тут же вспомнил, как Данн Смит управлял его сном, и уточнил:
— Как капитан?
— Откуда ты знаешь? — рот мисс Розанны вытянулся буквой «О».
— Капитан однажды проникал в мой сон… — Клейн стрельнул глазами по сторонам и снова понизил голос.
— А-а, понятно… — догадалась Розанна и тоже перешла на шепот.
Она взяла стоявшую рядом чашку кофе, сделала глоток и с восхищением произнесла:
— В нашем Тингене у Церкви всего два Потусторонних 7-й Последовательности. Капитан — один из них. Даже если бы он перевелся в такой крупный епархиальный центр, как Баклунд, он все равно считался бы там весьма выдающейся фигурой. Да что там, не каждый дьякон сможет с ним сравниться!
— Оказывается, капитан такой невероятный, — с улыбкой поддержал ее Клейн.
Честно говоря, появление Данна Смита вчера глубокой ночью произвело на него колоссальное впечатление. Он инстинктивно поверил, что перед ним очень сильный Потусторонний.
— Еще бы! — гордо выпрямила спину Розанна.
Но уже в следующее мгновение ее мысли перескочили на другое, и она с досадой добавила:
— Что идет после 7-й Последовательности, я не знаю. Наверное, во всем нашем отряде Ночных Ястребов об этом известно лишь капитану.
— А как насчет начальных Последовательностей других «путей»? Тех самых, неполных, — удовлетворенно сменил тему Клейн.
Стоит признать, описанный Розанной «Бессонный» действительно соответствовал некоторым его представлениям и ожиданиям от Потусторонних, но это было совсем не то, чем он хотел бы стать. В его понимании идеальная 9-я Последовательность должна была позволить ему изучить и освоить огромное количество мистических знаний, чтобы заложить фундамент для выяснения причин своего перемещения и поиска пути домой.
Розанна задумалась и со вздохом ответила:
— Я не особо этим интересуюсь. Знаю только, что у нас их больше, чем у других Церквей. В конце концов, Богиня — еще и Мать Тайн… Хм, думаю, у нас их два или три. Потому что некоторые оперативники всегда такие холодные, от них прямо жуть берет, да и пахнут они как-то странно. А другие… ну, я имею в виду старого Нила. Он знает так много всего и владеет кучей забавных магических ритуалов. Дай-ка вспомнить, дай вспомнить… Он как-то называл титул своей 9-й Последовательности, то есть название формулы зелья… Ах да, «Тайнозритель»!
«Множество забавных магических ритуалов? Тайнозритель? Звучит очень похоже на то, что мне нужно…» — Клейн мысленно возликовал.
— А еще я знаю название одной 7-й Последовательности! Из тех, неполных «путей»! — Розанна, вспомнив еще кое-что, произнесла это хвастливым тоном.
— И какое же? — Клейну стало безумно любопытно.
В условиях острой нехватки, а то и полного отсутствия Потусторонних высоких Последовательностей, 7-я ступень уже смело может считаться костяком Церкви, не так ли?
Розанна расплылась в милой улыбке и с легким самодовольством ответила:
— Медиум!
— Как мадам Дейли? — инстинктивно переспросил Клейн.
После первоначального удивления он вдруг понял, что в этом нет ничего неожиданного. Только могущественный Потусторонний 7-й Последовательности способен на такое невероятное общение с духами, какое продемонстрировала мадам Дейли!
Глаза Розанны в очередной раз округлились, и она с недоверием спросила:
— От… откуда ты и это знаешь?
— Я встречался с мадам Дейли, — не стал скрывать Клейн.
— Вот как… — Розанна мечтательно вздохнула. — Если бы я могла сразу стать Медиумом… таким Медиумом, как мадам Дейли… я бы тоже согласилась стать Потусторонней. Хотя нет, я бы сначала серьезно подумала минут десять…
— Да, мадам Дейли полностью соответствует моим представлениям о Потусторонних, — со слегка наигранным восторгом поддакнул Клейн.
Добившись желаемой цели, он поболтал с Розанной еще несколько минут и, поняв, что больше никакой полезной информации не выведать, снял шляпу, поклонился и вышел за дверь.
Спускаясь по лестнице, Клейн сделал пару шагов и вдруг замер. Он протянул руку и снова ощупал банкноты во внутреннем кармане.
Затем он достал эти 12 золотых фунтов, крепко зажал их в левом кулаке, сунул руку в карман брюк и больше ни за что не хотел ее вытаскивать. На его лице непроизвольно расплылась довольная улыбка.