— Я думала ты ушел. Я слышала, как дверь...
Прежде чем успеваю закончить, моя спина оказывается на кровати, и он подкрадывается ко мне.
В его глазах блестят озорные огоньки, пока он с легкостью касается своим ртом моего.
— Я забыл кое-что.
Полотенце спадает с моей головы, и его руки оказываются в моих волосах.
— Мой кофе? — смеюсь я.
Он облизывает мои губы, проталкивается между ними, затем поглаживает мой язык своим языком.
— Нет, не это. Я говорил тебе, что действительно не разбираюсь в этом дерьме. Я забыл сказать «пока», как следует
Я обнимаю его за шею и прижимаю к себе, пока наши рты соединяются в прощальном поцелуе, что ощущается так же хорошо, как и все, что я когда-либо видела в кино. Когда он прикусывает мою губу, я знаю, что наше время вышло. Нейт привстает на локтях и просто смотрит на меня, что кажется, как целая вечность. Затем отводит локон волос с моего лица.
— Ты действительно прекрасна.
В удивлении отвожу голову в сторону.
С ним я чувствую себя самым сексуальным созданием.
Он поворачивает обратно к себе мой подбородок.
— Я серьезно.
— Я верю тебе, — отвечаю, затаив дыхание.
Нейт проникает в мой рот и облизывает мою верхнюю губу, а затем всасывает её. Прежде чем соединиться с моим ртом в последний раз, он проделывает то же самое с моей нижней губой. Мягкий, и нежный поцелуй, сменяющийся другим, который я никогда не забуду.
— Думаю, ты должна кое-что знать. У меня никогда не было девушки.
— Никогда?
Он качает головой, и я замечаю немножко той его застенчивости, которую лишь мельком смогла застать.
— Честно говоря, я всегда видел в женщинах кучу обязанностей и еще больше страданий. Я не верю в любовь и брак. И я всегда думал, что именно поэтому женщины хотят взаимоотношений... пока не встретил тебя.
Волосы спадают ему на лицо, и я убираю их.
— Знаешь, любовь — это слишком много обязанностей. Могу сказать, что это, вероятнее всего, довольно точное определение.
Он сухо посмеивается.
— Ты ведь не будешь пытаться залезть ко мне в голову со всей своей психологической болтовней?
Ещё немного я поглаживаю своими руками его мягкие и шелковистые волосы.
— Раньше я бы ощетинилась на подобное заявление. Но неважно, насколько мы попытаемся что-либо изменить, в итоге мы окажемся там, где должны быть. Поэтому, если тебе суждено быть с кем-то, это случится.
Нейт качает головой.
— Судьба.
Я киваю.
— Да, судьба.
Он садится.
— Давай останемся при своем мнении. Но я не верю в то, что чья-то судьба предопределена так, как считаешь ты.
— Но ты ведь понимаешь, что я верю?
— Понимаю, — шепчет он.
Я хватаюсь за свою кружку от безысходности, которую мне никогда не преодолеть.
Нейт поднимается с кровати и пересекает комнату. На этот раз он поворачивается.
— Я буду дома в семь.
***
Закон Мёрфи заключается в том, что «если какая-нибудь неприятность может произойти — она обязательно произойдёт». Я всегда доверяла философии, и это сидит прямо в моей голове c «Ничто не бывает таким простым, как кажется вначале» и «Невозможно защититься от дурака, ведь все дураки так изобретательны!».
Позже тем же днем, мельком поглядывая на часы, я не ожидала увидеть, что уже семь сорок пять вечера.
Не очень поздно, но меня удивляет, что Нейт не позвонил. Я хватаю свой телефон и проверяю на наличие сообщения — ничего.
С глубоким вздохом, решаю позвонить ему. Звонок идет прямо на голосовую почту.
«Это Натаниэль Хэнсон. Оставьте сообщение».
— Привет, Нейт, это я. Просто проверяю как ты, чтоб удостовериться всё ли хорошо и не ошиблась ли я со временем.
Я вешаю трубку.
Одетая в вишнево-красное с глубоким декольте шифоновое платье, стянутое на талии и доходящее до середины бедра, я сижу за барной стойкой на кухне и сбрасываю свои туфли из змеиной кожи.
Гнев и страх.
Две эмоции, которые сидят во мне с тех пор, как мне исполнилось двадцать семь, нет, с тех пор, как умер мой брат. Но гнев, который я ощущаю прямо сейчас, — другой. Он не пропитан страхом. Я должна быть осторожной и не позволять ему одолевать меня. Нейт мне ничего не должен, за исключением той же любезности, которую он выражает остальным.
В течение пятнадцати минут я пялюсь в пустой экран ноутбука моего брата, после чего приходит сигнал с его электронной почты. Я кликаю на Google Mail и жду, пока загрузится.
Этим утром я перенесла свои вещи обратно к Нейту и весь день разбирала электронные письма Зака. Единственная вещь, которую я обнаружила, и которая может помочь пролить свет на то, какова же роль Художника в этом клубе, находилась в электронном письме, которое отправил Зак на имя некого Фотографа почти год назад. Он просил его о встрече. Фотограф ответил, что он тоже был бы рад с ним встретиться, и они договорились пересечься в кофейне Винвуда.