Мы проходим через следующие двери с написанным сверху текстом «Бар». Я оглядываюсь. Это не похоже ни на одно место, в котором я когда-либо была. Оно выглядит, как сцена из фильма «Великий Гэтсби»: огромная барная стойка справа, столики и кабинки окружают танцпол, а сцена прямо напротив меня. Сцена и столики пустуют, но в баре есть несколько свободных мест.
Женщина с волосами, как у Мэрилин Монро сидит, и рядом с ней на сиденье лежит её сумочка — эта женщина с фотографии. Узнаю по её прическе.
— Могу я вам помочь чем-нибудь ещё, мадам?
— Нет, спасибо вам огромное. — Я тянусь в сумочку за кошельком, чтобы дать ему чаевых, но он мотает головой.
— Не нужно. Это моя работа.
— Спасибо.
Дверь захлопывается за мной, и чувствую, будто я в кино. Я приближаюсь к этой даме, и мои каблуки скользят по гладкой поверхности пола. Я замедляюсь, но все равно дохожу до неё прежде, чем решаю, о чём начать говорить. Вообще-то, я не рассчитывала, что найду её, поэтому не подготовила речь.
Глубоко вдохнув, я склоняюсь к барной стойке и смотрю на женщину.
— Вы Джордан Скотт?
Её пальцы сжимают бокал.
— Да, это я. Я могу вам помочь?
— Позвольте? — Я указываю на её сумочку и кладу её на стойку бара.
— Вообще-то, я встречаюсь здесь кое с кем.
— Да, с Художником.
Она охает.
— Когда поспрашивала, то думала, я уточнила, что ищу мужчину. — Её глаза тщательно меня осматривают. — Но из этого соглашения может что-то выйти. Оплату, конечно же, необходимо будет уменьшить.
Я моргаю, не понимая, к чему она клонит. Какая разница, мужчина или женщина нарисуют её портрет?
— Я надеялась, что смогу задать вам несколько вопросов.
Её губы сжимаются в линию.
— Полагаю, вы должны подойти к этому с другой стороны. Я задаю вопросы.
Я кусаю губу.
— Да, простите. Продолжайте.
Её тяжелый взгляд продолжает оценивать меня, и она напоминает мне Стервеллу Де Виль, жадно рассматривающую щенков далматинцев. Чувствую себя неуютно и будто обнаженной.
— Мне не нравится ходить вокруг да около, — начинает она, в то время как тянется за своей сумочкой, чтобы достать черную коробочку с электронными сигаретами. — Давайте начнем с… каковы ваши, если таковые имеются, жесткие ограничения?
— Мои жесткие ограничения?
Это не просто светский клуб.
Мои мозги кипят.
Я не знаю, что сказать.
— Это простой вопрос. — Её губы соприкасаются со стеклянным кончиком насадки, и она втягивает в себя дым.
Приближается бармен и кладет салфетку передо мной. Я быстро отворачиваюсь, чтобы избежать её выдоха. На бармене кепка, как у разносчика газет, белая рубашка, без галстука, жилет и мешковатые штаны.
— Что вы будете пить сегодня вечером?
Я смотрю на него, пытаясь побороть свой испуганный взгляд.
— Всё, что вы посоветуете.
— «Леди Джой»?
Киваю.
— Звучит здорово.
Он улыбается мне и хватает стакан с охлаждающей установки, что стоит перед ним. Мой взгляд блуждает по всей комнате, и не успеваю опомниться, как он ставит передо мной красивый напиток с голубой жидкостью.
— Наслаждайтесь.
— Благодарю.
Он переключается на другого посетителя, оставляя нас наедине.
Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на Джордан. С дымящейся сигаретой, она косо посматривает на меня. Она ждет, когда я отвечу на её вопрос о моих жестких ограничениях. В моей голове начинает вертеться миллион различных причин, по которым она могла бы спрашивать меня об этом, но только одна причина имеет смысл.
БДСМ.
Мой брат увлекался БДСМ.
Как это совмещается с его способностью заработать так много денег, мне еще предстоит выяснить.
Джордан проводит линию по моей руке своим длинным ногтем.
— Вы такая привлекательная, но мне нужен ваш ответ, прежде чем мы двинемся дальше. Знаете ли, у моего мужа есть некоторые… требования, которые я… не в состоянии выполнить. Анальный секс одно из них. Если анал является жестким ограничением для вас, боюсь, что нам придется покончить с этим соглашением, прежде чем мы начнем.
Меня начинает тошнить, в надежде, что я приняла её за другого человека, я внимательно просматриваю бар.
— Я думала, вы нуждаетесь в портретных услугах.
Она слегка озадаченно смеется.
— Ну, конечно же, да, моя дорогая. Как я уже упоминала, мы были заинтересованы в услугах профессионала. Но оплату необходимо будет снизить. Я с нетерпением ждала, возможно, мужскую компанию, но я не против вас. Восемь тысяч будет достаточно?
— Восемь тысяч долларов? — заикаюсь я, пытаясь не развалиться на части перед ней, понимая, что должна закончить этот разговор, чтобы осознать всю глубину того, что раскрывается передо мной.