С перспективой узнать побольше о своем брате, я встаю, хватаю сумочку и направляюсь к выходу, чтобы встретиться с Фотографом.
17 Глава
Признания
Я выключаю радио в машине, и мой мозг воспроизводит вчерашнюю встречу с Джордан Скотт. Она слишком высокомерная. Не могу представить, как долго Зак терпел бы ее.
Когда звонит мой телефон, я уверена, что это Нейт и, и не смотря на экран, отвечаю:
— Привет, Зои. — На линии бодро приветствует голос доктора Рэймонд.
— Привет, доктор Рэймонд.
— Как ты? Прости, я не смогла раньше ответить на твой звонок. У меня сегодня просто убийственный график.
Пока я проезжаю мост, то замечаю, как от сильного ветра немного колеблются прочные знаки.
— Ох, не беспокойтесь об этом. Послушайте, я просто звонила, чтобы сказать вам, что я решила остаться на всё лето в Майами.
— Ты решила? Могу я спросить, что повлияло на твое решение?
— Несколько причин.
— Ты считаешь, что это разумно?
— Да. Нейт попросил меня остаться, и я хочу этого.
— Что побудило его сделать это?
— Вообще-то, я не уверена, но однажды я рассказала ему о своих страхах, касающихся Клуба 27, и всё изменилось. И я полагаю, что вы, должно быть, думаете, что это из-за жалости, но это не так. Он первый, кто не посмотрел на меня, как на сумасшедшую. Вместо этого, он сказал мне составить список того, что я хотела бы совершить в своей жизни. Знаете, он даже сказал мне, что этот список не был предсмертным, что я должна была взглянуть на ситуацию по-другому.
— И?
— Он прав.
— В таком случае, браво! Такой большой шаг для тебя.
— Не слишком-то обольщайтесь. Я не уверена, к чему это может привести.
— Это хорошо. По крайней мере, ты готова исследовать свои чувства за пределами узкого спектра, который ты, прежде чем уехать, создала для себя.
— Ну, не совсем. Он так же, как и я, не заинтересован иметь отношения, но готов помочь мне осуществить нечто такое, что я хотела бы испытать в своей жизни.
— Я рада слышать, что ты задумалась над этим. Поделишься со мной?
Мои щеки горят.
— Я не уверена, что могу говорить об этом по телефону.
Она тихо посмеивается, но мне слышен ее смех.
— Представь, что ты лежишь на моей кушетке.
— Мне нужен необычный секс. — Выпаливаю я.
На линии недолгое молчание. Затем она откашливается.
— Я не собираюсь спрашивать тебя о подробностях. Но хочу попросить действовать осторожно. Ты знаешь, что я полностью на твоей стороне. И я думаю, что смена обстановки и изменение темпа жизни — это именно то, что тебе нужно. Но помни, временно — означает «временно».
Когда поворачиваю на Оушен Драйв, я притормаживаю и попадаю в пробку.
— Я знаю об этом. Я не ожидаю ничего большего.
— Зои, мне бы хотелось сказать, что всё это замечательно звучит, но опять же, я бы посоветовала тебе соблюдать осторожность. Ты по-прежнему находишься в хрупком состоянии, и тебе меньше всего сейчас нужно какое-либо расстройство в жизни.
— Я понимаю, о чем вы говорите, доктор Рэймонд, но я знаю, что делаю.
— Надеюсь на это. — Её тон больше похож на озабоченность, чем снисхождение.
В поле зрения попадает неоновая вывеска «Танцевальный зал».
— Да, я обещаю.
— Ты нашла кого-нибудь, с кем можно пообщаться? Если нет, я могу поспрашивать и отправить тебе рекомендации.
— Нет. Но я надеялась продолжать сеансы с вами. И могу я звонить вам по моему расписанию визитов?
— Да, мы можем продолжать. Но подумай о том, чтобы найти в Майами кого-то. Это будет полезней для тебя.
— Хорошо.
— Береги себя, Зои, — говорит она и отключается.
Впереди зажигается красный свет, и я прикрываю глаза, думая о том, что только что сказала мне доктор Рэймонд. Но то, о чем я для себя договорилась с Нейтом, — это просто удовольствие и секс, и больше ничего. Я не окажусь еще более сломленной по возвращению домой. Как только меня осеняет мысль, мои глаза распахиваются: на самом деле, я размышляю о будущем, а не об ужасе Клуба 27.
Бип-бип.
Позади меня раздается сигнал, и я нажимаю на педаль газа. Пару минут спустя я останавливаюсь и оставляю машину под присмотром парковщика. Затем застреваю в толпе, так как очередь сейчас длиннее, чем была прошлым вечером. Ладно, у меня есть выбор: подождать в очереди или невзначай сказать вышибале имя Нейта. Так как у меня нет никакого бронирования, значит, нет причины кому-либо говорить о Нейте.