или невысокий рост не помеха для настоящей танцовщицы. Каждый мужчина нуждается в соблазнении, а это то, что дать можете только вы. Будьте актрисами, а свой танец подавайте как искусство. Я с восемнадцати лет работала стриптизёршей. И не в таком элитном ночном заведении, как это. Тогда это была коморка размером с вашу гардеробную, вместо сцены был лишь вычерченный круг с пуфиком по середине и танцевать нам приходилось по очереди на нём, а не на пилоне. И охраны у нас не было, все сами друг за друга вступались. А танцы какие тогда были. Помню, как впервые зашла в тот клуб, а там танцевала девушка в ярком костюме с перьями, я никогда не видела столько грациозности и сексуальности в одном танце, в неё буквально все влюблялись. Тогда я поняла, что хочу также, и эта женщина начала меня учить. Десять лет проработала я танцовщицей в ночных клубах. И столько же ещё проработала бы, если б возраст не забрал своё. А сколько лет вы мне дадите? – она с широкой улыбкой обвела по нам вопросительным взглядом. - Ладно, всё равно не угадаете. Мне 38. Я столько опыта накопила и так хочу передать всё это вам, чтобы, быть может, вы передали дальнейшим поколениям. Запоминайте мои советы. Со временем вы поймёте, что они бесценны. Работать стриптизёршей – в этом нет ничего постыдного, наоборот, вы уже решились ступить на этот путь, вы смелые, и назад пути нет. Ваша работа – работа мечты. Вы делаете что вам нравится и получаете за это хорошие деньги. И могу сказать точно, сюда все возвращаются. Не бывает бывших стриптизёрш. И здесь мы все одна большая семья. Все девочки хорошие, все прошли через меня и с радостью примут вас в свой коллектив. Если есть какие-то вопросы или вам надо с кем-то поговорить, я всегда готова вам помочь. Лариса действительно не выглядела больше тридцати. Отсутствие морщинок, худое упругое тело, тёплый проницательный взгляд превращали её в молодую статную особу, а длинные рыжие волосы выделялись огоньком среди всех. Она была проста в общении. У неё был муж, ребёнок, своя квартира и любящие родители. В будние дни вечерами она пела по приглашению на различных мероприятиях, а днем тренировала нас, как она говорила: «для души». Она была счастлива и при каждом разговоре она отдавала частичку своего счастья нам, оставаясь определенным примером для подражания. Как красиво все говорили, как заманчиво всё было. Лишь пару раз в голове возникало отречение от происходящего. Но вновь и вновь слова лести этой работе брали вверх, затапливая разум, словно наводнение на частную территорию. Его нельзя избежать, и оно оставляет последствия. Но здесь ты не понимаешь, что наводнение – плохое явление. - Вы сегодня остаётесь? – спросила Лариса, поглядывая на часы. - Да, - ответили Лиза и Кристина. - А ты, Алис, останешься посмотреть, как проходит смена? Это был неожиданный вопрос, так как мне никто не говорил о том, чтобы остаться. - Я лучше завтра останусь, - ответила я, вспомнив, что назначила встречу с Сашей после тренировки. - Хорошо, - Лариса взяла магнитофон и направилась к выходу. - Тогда, на сегодня, думаю, мы закончили. Завтра в шесть. Лариса прошла к барной стойке, у которой уже находилось скопление из семи человек персонала, и присоединилась к их разговору. Мы прошли в гримёрную комнату. По всей гримёрки метались девочки: официантка Любаша гладила свою форму, девушка-хостес с краю стола в коротком черном платье подводила черными тенями глаза, с душевой в полотенце вышла невысокая худенькая девушка со светлыми мокрыми волосами, в одних трусиках на стрипах в курилку выходила татуированная девушка с маленькой грудью и пирсингом на сосках, по центру стола сидела девушка в портупее, плоскими толстыми лентами обтягивающей её грудь, с кожаным ошейником на шее и подводила губы бордовой помадой, рядом девушки обменивались косметикой, в углу комнаты блондинка завивала кудри брюнетке. Не было никакого стеснения, девушки снимали нижнее бельё, меняли на костюмированные яркие бюстгальтеры и трусики с застёжками, кто-то стоял совсем голый, приводя в порядок прическу. Я на ходу переодела футболку, каблуки сменила на кроссовки и выбежала с гримёрки, прихватывая свой большой рюкзак. Я уже опаздывала на встречу с Сашей. - До завтра, Алиса! – вдогонку крикнула мне Лариса. - До свидания! На выходе меня остановил крупного телосложения мужчина с чёрной ухоженной бородой, короткой стрижкой, в черной рубашке и черных штанах. На груди виднелся бейджик «Я Фёдор». На кожаном ремне висела рация. Кажется, я уже видела этого мужчину вчера. - Не так быстро, - сказал он грубо. Его карие глаза словно впились в меня. Фёдор вывел меня за стеклянную дверь, поставил напротив камер, проверил содержимое моего рюкзака и велел ступать. – В следующий раз не забывай, всегда показывай все сумки. Я кивнула и побежала скорее к огромной железной двери выхода. Врезалась, пытаясь открыть её всем телом. Охранник посмеялся, нажал на кнопку рядом и выпустил меня как зверька из клетки. На улице было уже темно, но я все равно оглянусь, чтобы меня никто не увидел. Немного пройдя к главной дороге, я вдохнула во всю грудь свежего воздуха, достала сигареты и набрала Саше. - Ты же знаешь, я не люблю, когда опаздывают, - послышался голос позади. - Извини, я со стажировки, - я обняла его, и мы пошли гулять по центру нашего городишки. - А ты мне так и не рассказала, кем ты работать устроилась? - Официанткой, - сказала я уверено. - А ты знаешь, - он поджог сигарету и сделал глубокую тяжку, послышался шелест тлеющей бумаги, - что здесь ближайшее заведение – это стриптиз клуб «69»? Скажи честно, ты туда пошла устраиваться? Я вся покраснела, сердце забилось сильнее, внутри проскользил ком волнения. Меня раскрыли. Я отвела взгляд. - Да не беспокойся, - он повернул меня за подбородок и посмотрел голубыми шариками мне в глаза, его зрачки были расширены. – Я никогда тебя ни в чем не осужу. Расскажи хоть, как там. – он улыбался. Словно волной сняло всё беспокойство. Я была рада поделиться хоть с кем-то впечатлениями о совершенно новом, запретном месте. Я рассказала ему всё до мелочей. Рассказала о собеседовании, о директоре с добрыми глазами, о первой тренировке, о Ларисе, Кристине, Лизе. Мы гуляли очень долго, и он просто шел и слушал. Иногда лишь улыбался, когда я импульсивно в очередной раз говорила: «представляешь, совсем без одежды». Я говорила, как мне понравилось танцевать, как это прекрасно, просто двигаться под музыку. Он не осуждал, он просто слушал. Ему было интересно, почему же всё-таки девушки решаются идти туда работать, что ими движет, когда они оголяют свои тела на обозрение незнакомым людям. Я же уверяла, что у каждой на то свои причины и я обязательно их выясню. Ночь была долгой и прекрасной. Я ощущала лишь лёгкость и вдохновленность. По приходу домой, я оставшееся до сна время провела за просмотрами видео с танцами в стиле pole dance. Я была в предвкушении следующего дня.