— Мисс Колфилд. — Громила, стоявший справа, поднял шнур и отодвинул портьеру. — Мистер Фокс ждет вас и мистера Хамфри.
И Джесс вошла.
8. Мэри-Энн и ее первая пара от Феррагамо
Мэри-Энн принимала ванну из речных грязей с Амазонки и перуанской вулканической лавы. Температура воды точно соответствовала температуре ее тела (самое удивительное, что физиотерапевт измерила ее ректально, когда массировала Мэри-Энн перед процедурой). На веках у нее лежали ломтики лимона, вымоченные в морской воде. Вообще все в оздоровительном комплексе имело многочисленные уточнения и придаточные определения. Здесь использовали не просто соли, а соли Мертвого моря, разведенные в речной воде из района Месопотамии. И чистка лица была пилингом с применением розовой воды и травяного настоя с последующим обертыванием экстрактом из киви и абрикосов, произрастающих в южной части Тихого океана. Словом, человеку пишущему было над чем поразмыслить, тем более что Мэри-Энн оказалась здесь в первый раз.
Мэри-Энн пропускала грязь сквозь пальцы. Она была густая, хлюпала и навевала детские воспоминания о лете в Миннесоте, когда она шлепала босиком по лужам. В соседней ванне расслаблялась Сиси (да, она наконец-то стала называть так Селесту Соланж). После последней читки два дня назад Сиси настояла на том, чтобы они провели денек на «Ранчо знаменитостей». Ее шофер заехал за Мэри-Энн в шесть утра. К ним приставили по два физиотерапевта на каждую, а также многочисленных помощников и инструкторов. Программа началась в семь с очищения желудка и кишечника от шлаков. При этом использовались лимон и кайенский перец. Затем они занимались йогой возле каньона, а потом медитировали на крыше.
Еда была столь же экзотической, как и инструкторы. Кроме персонала, Мэри-Энн почти никого не видела и даже решила, что Сиси арендовала комплекс на весь день. На завтрак были черничные оладьи с льняным семенем и медом пчел-девственниц (хотя как можно определить, является ли пчела девственницей, Мэри-Энн понятия не имела) и фруктовый салат из манго и киви. Подкрепившись, они отправились вслед за инструкторами в затененную комнату и разделись: настало время массажа. Сиси и Мэри-Энн лежали бок о бок на кушетках и наслаждались массажем перед грязевой процедурой.
— Знаешь, я всегда так: сначала воск, потом маникюр с педикюром, а затем массаж. После депиляции интимной зоны надо расслабиться, верно? — проворковала Селеста.
— Ну да.
— А воск надо делать до маникюра с педикюром, чтобы какой-нибудь волосок случайно не прилип к накрашенным ногтям. Выглядит это очень неэстетично. Поверь мне, уж я-то знаю. Было дело на последнем вручении «Оскара». Мой выход, а я за кулисами ищу красный лак от Шанель — и все из-за какого-то волоска…
Мэри-Энн пыталась слушать Сиси. Фердинанд тем временем разминал большим палец мышцы вокруг ее левой лопатки, и Мэри-Энн расслаблялась, а голос Сиси звучал все тише и тише…
— …но мы не успели бы попасть к Оливии до трех часов. То есть меня бы она, разумеется, приняла. Но перекраивать свое расписание ради нас двоих она не стала бы. Ты меня слушаешь?
— Угу, — пробормотала Мэри-Энн.
— Поэтому мы поедем в «Феррагамо», чтобы расслабиться после депиляции. Оливия делает аргентинскую лучше всех.
— Аргентинскую? Я слышала про бразильскую, но…
— Это новое веяние, дорогуша, — сказала Селеста.
Мэри-Энн вздрогнула. Она никогда прежде не делала депиляцию воском. В Миннесоте все брились. А с тех пор как она перебралась в Лос-Анджелес, у нее до последнего времени не было денег для подобной процедуры.
— В общем-то попасть в клиенты к Оливии невозможно. Но раз ты со мной, то, разумеется, сможешь посещать ее раз в две недели. Дело того стоит.
Мэри-Энн не могла представить себе, что может «того стоить», с точки зрения Сиси, которая обычно получала по двадцать миллионов за фильм. День в комплексе был за ее счет, однако Мэри-Энн размышляла о цене и производила в уме расчеты. Выходило, что Сиси с легкостью потратила восемнадцать тысяч. А Мэри-Энн не могла избавиться от привычки считать мелочь, просто потому что мелочи у нее стало больше. Такова уж психология нищего. Мэри-Энн ужасала мысль, что однажды бухгалтер со студии постучится к ней в дверь и скажет, что произошла большая ошибка и надо вернуть все деньги, которые ей были заплачены.
После массажа Сиси заявила: — Теперь грязевая ванна, а затем пилинг. Голая, она прошлепала по теплому мраморному полу и плюхнулась в ванну. Мэри-Энн смотрела на нее во все глаза. Разве можно быть настолько физически совершенной?! Видимо, да, потому что именно таким было тело Сиси. Ни грамма жира. Ни растяжек. Ни складок. И абсолютно ровный загар. Ну просто совершенство! Испытывая неловкость (а кто бы чувствовал себя иначе рядом с белокурой богиней?), Мэри-Энн завернулась в полотенце и потрусила к ванне. Физиотерапевт Татьяна укладывала на веки Сиси ломтики огурца, вымоченного в лимонной мяте, а Мэри-Энн погрузилась в ванну. Идеальная температура. Настоящее блаженство.