В ту пору, еще будучи младшим агентом, Джессика сразу уловила возможность быстрого продвижения и начала обхаживать Джереми, подогревая его интерес клиентской базой Си-ти-эй и сценариями, которые представляло агентство. Ее искушенность в кинобизнесе, помноженная на деньги и предприимчивость Джереми, породила союз несокрушимой силы.
Первое предложение, которое Джереми сделал семидесятилетнему владельцу Си-ти-эй Эзикьелу Коуэну, было тотчас отвергнуто. И тогда Джессика доказала, чего она стоит как агент. Эзикьел взял ее на работу, хотя был стреляным воробьем и, как большинство мужчин своего поколения, считал, что женщине место дома. Однако он признавал за Джессикой природный дар находить общий язык с кинозвездами. Джессика воспользовалась его хорошим к себе отношением и начала давить на Эзикьела не только на работе, но и у него дома.
Как одна из немногих женщин-агентов в Си-ти-эй, Джессика ежемесячно удостаивалась чести быть приглашенной на ленч к миссис Коуэн. Тем самым Сильвия Коуэн, дама добросердечная, стремилась представить кишащие акулами воды Си-ти-эй семейным бизнесом. Джессика отлично знала, что миссис Эзикьел Коуэн, служившая опорой и поддержкой мужу на протяжении его сорокалетней карьеры в кино (при раскладе не пятьдесят на пятьдесят, а скорее двадцать на восемьдесят), была готова к тому, чтобы муж отошел от дел. И вот на одном из таких ленчей Джессика обронила «слух» о том, что Джереми Салливан якобы заинтересован в покупке фирмы. Подстрекаемый миссис Коуэн с одной стороны и атакуемый Джессикой с другой, Эзикьел с большой неохотой согласился на встречу с Джереми Салливаном. А уж тот убеждать умел: всего через две недели после разговора сделка состоялась. Джереми получил агентство, миссис Коуэн — мужа в полное распоряжение, а Джессика совершила рывок из младших агентов в президенты.
Джессика и Джереми образовали сильный тандем и идеальный деловой союз, основанный на взаимном уважении и доверии. Джереми, обладавший широкой эрудицией, предпочитал тусоваться с именитыми клиентами, когда съемки проходили в экзотических местах типа Греции или Испании, но повседневную рутину выносил с трудом и полностью передоверил Джессике контроль за текущими делами Си-ти-эй, которое теперь благодаря ее неустанным усилиям стало крупнейшим агентством в мире.
Джессика вошла в угловой кабинет Джереми, не утруждая себя просьбами к секретаршам доложить о ее приходе. Она заглядывала к нему ежедневно (когда он не плавал на яхте и не летал в Испанию), но посетителей у него ей доводилось видеть не часто. Однако сегодня он оказался не один.
— Извини, Джереми, я зайду попозже. Я не знала, что у тебя встреча, — сказала она.
— Нет, Джесс, проходи. Мы тебя ждем. Полагаю, ты знакома с Толливером Джоунзом?
Джессика действительно его знала. Толливер Джоунз был вице-президентом Ди-ти-эй, их самого крупного конкурента. Она познакомилась с ним давно, во время вечеринки по случаю окончания съемок фильма «Просто ужас». Джессика была тогда продюсером Майка Фокса. Помнится, ее неприятно удивили и принципы его подхода к работе (он был агентом режиссера, которого Джессика считала исключительно талантливым человеком, чьи интересы отстаивались из рук вон плохо), и его невысокий профессиональный уровень в целом. Жуткий бахвал, Толливер нередко лгал на переговорах по поводу сумм, выплачиваемых его клиентам, и орал на сотрудников студийных юридических служб.
Толливер повернул голову, поднялся и протянул для приветствия руку:
— Джессика, мы заждались!
Блондин с отличным загаром, Толливер вполне мог сойти за знаменитость. На нем был идеально сшитый и отутюженный костюм и, конечно же, рубашка ручной работы. Словом, преуспевающий агент при полном параде.
Джессика пожала ему руку, ощущая легкое волнение. «Это добром не кончится», — подумала она, усаживаясь.
— Похоже, Толливер, скажем так, выходит на рынок, — улыбаясь Джессике, пояснил Джереми.
— Я говорил Джереми, что мой контракт с Ди-ти-эй истекает через две недели и я хочу попробовать что-нибудь новенькое. Я ведь торчу всю дорогу в одной лавочке, и если уж перебираться на новое место, то именно теперь, когда у меня такая шикарная клиентская база. Поэтому в первую очередь я пришел к вам. В конце концов, почему бы не поиграть за «Янки», если вы в игре?
— В самом деле, — рассмеялся Джереми. — Бейсбол. Боюсь, я ничего в нем не смыслю. А в том, что мы здесь лучшие, — заслуга Джессики. Я этому мало способствовал.
Столь явное пренебрежение этикетом со стороны Толливера раздражало Джессику. Он знал правила, поскольку занимался бизнесом по меньшей мере лет десять. И если он хотел сменить агентство, ему следовало сначала прийти к ней как к президенту компании, а уж затем обращаться к Джереми.