— Что? — коротко и лаконично. Действительно. Что за нафиг???
— Здесь Котян и ему стало плохо. Он приволок мне кота в общагу, отрубился и как-то странно дышит. Ему вызвали скорую, что делать?
— @#$%^!!! У Котяна аллергия на шерсть! Ему на живых кошек даже смотреть нельзя!
Оглянувшись, Крот смотрел, как приехавшая скорая грузит на носилки друга. Офигеть одним словом. Неужели правда - друга?
Из трубки донёсся раздражённый голос Куро: — Узнай, в какую больницу отвезут, только с котом к нему не лезь, а то он вообще окочурится.
Проводив взглядом «карету с принцем», Крот, запихивая котёнка под свитер отправился к коменданту.
— Матвей Палыч, вы котиков любите?
Глава 3. Шахматная партия
— Куро, ну когда нам уже помещение дадут? — покачиваясь на стуле, Котян, в очередной раз спрашивал одно и то же. Куро-семпай заученно выдавал оправдание, в которое Крот совершенно не верил. Да кто вообще даст помещение для клуба кошачьего маскарада? Или что там они собрались делать: «любить косплей и котиков», как гласил гордый лозунг на плакате.
Верить, не верил, но рисовал на анкетах логотип клуба. Одноглазый кот был размножен на полсотни листов, Крот мечтал о ксероксе, Котян вопил, что искусство требует уникальности, Куро молча слушал музыку в наушниках.
Решение о клубной деятельности принимали в деканате, часть отсеяли сразу, хотя Крот не понимал чем их «ККК» лучше «Общества Пенной Регресии» или «Повелителей Естества». Первые поклонялись пиву, вторые были нудистами.
Спустя неделю, перехватив друзей в раздевалке, Куро принёс «благую» весть:
— Разворачивайтесь, сейчас состоится собрание для представителей клубов, надо будет объяснить почему именно мы достойны отдельного помещения.
Подскочив, Котян радостно завопил: — Ура, я пойду! У меня даже речь готова и танец!
Теперь Крот был уверен в отказе на двести процентов. За прошедшие две недели, как они познакомились, об одногруппнике он узнал точно, что Котян — балбес с шилом в одном месте, без тормозов и без мозгов. Абсолютно не понимающий, что такое «вежливость», «тактичность» и «скромность». После его выступления, их клуб точно расформируют!
Куро, ухмыляясь понятной только ему затее, всучил Котяну объемный пакет:
— Держи давай, говорить буду я, танцевать ты. Я слышал родители твой гардероб почистили, после того случая с больницей.
Заглянув внутрь, Котян с визгом умчался в сторону туалетов. Отвечая на немой вопрос Крота, Куро начал объяснять: — Родители у него редкие снобы, регулярно проводят рейды, подчищая всё, что по их мнению недостойно сыночка. Котян не шибко переживает, но это всё таки не правильно, вот так указывать ему, что делать.
Потупившись, Крот размышлял о словах друга. Его собственные родичи вообще перестали лезть к нему жизнь, порой это жутко бесило. Все их разговоры: «ты большой мальчик» и «как же ты вырос» дико раздражали.
Посмотрев на часы, Куро прокричал вглубь туалета, где переодевался их «кошак»: —Мы на втором этаже. В отделе по работе со студентами. Притаскивайся, как будешь готов.
Из туалета невнятно что-то пробурчали, Куро разобрал в этом утвердительный ответ и утянул Крота за собой. У кабинета стояла приличная очередь «коршунов», готовых разорвать соперника на клочки. Всех комментаторов Куро отмёл всенародным жестом силы среднего пальца и парой ласковых, но не приличных эпитетов. Глумящиеся притихли и затею любви к котикам больше не обсуждали.
Представителей загнали внутрь кабинета, оставив группу поддержки снаружи. Секретари напрочь отказались устраивать балаган-шоу. Очередь постепенно редела, кто-то выходил с радостным лицом, кто-то гневно ворчал, вот как капитан шахматного клуба, возмущенно выскочивший из-за двери.
— Нет, вы послушайте! Вы, говорит, шахматисты, даже на лавочке играть можете! Зачем вам отдельный кабинет!
— Зато вам стипендию выделили на покупку досок и оборудования, — вышедший следом Куро передал скучающему Кроту завизированный документ.
Не слушая стенания шахматистов, переругивающихся с Куро, Крот неверяще смотрел на подпись «одобрено».
Им. Одобрили. Клубную. Комнату.
Шахматистам с командой в двадцать человек отказали, а им троим выделили комнату?!
Капитан шахматного клуба, распихав последнюю тройку ожидающих и подслушивающих у двери, вернулся в кабинет доказывать «нужность». Котян всё еще не появился.