- Ладно, уговорила. Кристиану ни слова.
- Я же не враг самой себе.
Он посмотрел так, как будто я сказала несусветную глупость.
От входа, расположенного с торца нашего красного кирпичного дома, вела каменная дорожка, которая змейкой огибала его и упиралась в тяжелые кованые ворота. Через трещины в плитке пробивалась растительность. Территория была большая, но запущенная. Участок покрывала высокая. зеленая, а местами желтая и высохшая трава. Несколько голых и сухих деревьев выглядели как зарисовка к фильму ужасов. Рядом с высоким каменным забором, стоял припаркованный Renault Duster.
- А что на авто премиум класса денег не хватило? Всё ушло на хрустальные люстры и бронзовые статуи?
- Так неприметней, залезай, - Ян распахнул переднюю дверцу и помог мне сесть.
Когда он закрывал ворота, я обратила внимание на небольшую металлическую табличку, прикрученную к забору:
«Владения Кристиана Мольтке
Residenz Herr Moltke»
Я догадывалась, что он Херр…
- Херр Мольтке оставил нам машину, как это мило с его стороны.
- У него машина с личным водителем.
Я присвистнула. Ну надо же.
- Он просто водить не умеет, - робко признался Ян.
А я-то думала, что он и чтец, и жнец, и на дуде игрец.
- Ян, а ты родом из Питера?
- Нет, родился я в Латвии, в городе Талси. В Ленинграде я прожил всего четыре года. Я говорил.
- Я не сильна в географии.
- Кристиану не говори. Удивляюсь, как он до сих пор не занялся твоим обучением. Когда я попал к нему, первым делом заставил меня выучить немецкий, потом английский, французский, итальянский, испанский, греческий, японский...
- Выучил?
- Время было предостаточно. Чем еще заниматься, когда у тебя впереди вечность.
- Скажи что-нибудь на японском.
- Konnichiwa.
- Здравствуйте – это даже я знаю.
- Anata wa totemo utsukushii desu.
- Какое хитрое ругательство. Переведи.
- Это комплимент: «Ты очень красивая».
Я театрально запрокинула голову, закатила глаза и провела рукой по волосам.
- Расскажи что-нибудь про свой родной город, - попросила я.
- Его еще называют городом девяти холмов. Мы жили в маленьком доме окруженным со всех сторон садом. Летом с отцом ездили на озеро Вилкмуйжас на рыбалку, я там однажды выловил старинный бронзовый браслет. Мы его маме подарили. Отец работал смотрителем маяка и часто брал меня с собой. Он открывал бутылку пива, смотрел вдаль и рассказывал истории.
Жила в рыбацкой деревне красавица Лейла. Девушка любила рыбака по имени Андрис. Они собирались пожениться. Однажды Андрис ушел в море, а Лейла осталась ждать его на суше. Когда она гуляла вдоль берега, ее заметил проезжающий мимо молодой барон. Он был так ослеплен ее красотой, что решил, во что бы то ни стало добиться. Он преследовал ее, предлагал руку, сердце, замок и титул. Лейла лишь смеялась в ответ, в конце концов, отказала самым дерзким образом. Отвергнутый барон затаил обиду и, дождавшись пока Андрис снова уйдет в море, подкараулил ее поздним вечером, когда она очередной раз прогуливалась по берегу. Разгоряченный алкоголем и похотью барон сжал девушку в объятиях, но Лейла вырвалась и убежала. Она спряталась на маяке, но мужчина нашел ее. Поймал и изнасиловал. Когда вернулся Андрис, Лейла все ему рассказала, но жених не поверил. Он решил, что невеста сама кинулась в объятия барона, польстившись на его богатства, а когда тот получил свое и выгнал, она решила вернуться к Андрису. Не выдержав такого предательства, Лейла поднялась наверх маяка, бросилась вниз и разбилась. Говорят, что в лунную ночь, когда на море полный штиль, можно увидеть, как она идет вдоль берега в развивающемся белом платье.
- А что случилось с Андрисом?
- Об этом история умалчивает. В Талси есть парк, в котором по преданию живут луамы - лесные феи.
- Ты видел фей?
- Нет, но я видел «дерево в парике». В июне оно покрывается полупрозрачным облаком мелких пушистых цветков, сквозь которые просвечивают яркие листья различной расцветки - выглядит, будто на дерева надели парик…
Машина остановилась. Мимо нас с сиренами и мигалками пронеслись три кареты скорой помощи.
- Там авария, придется в объезд…, - посетовал Ян.
- Я посмотрю...
- Липа, стой!
Я вылезла из машины и понеслась к месту ДТП, не обращая внимания на вопли Яна за спиной. Добежав до места аварии, я увидела страшную картину: фура протаранила три легковушки. Искореженные машины, битые стекла, толпа снующих зевак, суетящиеся медики и спасатели. В нос ударили запах бензина, жженой резины, металла и крови. Я словно оказалась в торговом центре в отделе свежей выпечки. Этот запах, который так возбуждают аппетит, аж слюнки текут. Тут, я увидела девочку лет пяти, она была пристегнутая к детскому креслу на заднем сидении машины, и истошно кричала. Родительница лежала с разбитой головой на руле без сознания. Я бросилась к ним. Подергала ручку, дверь оказалась заблокирована. Я постучала в стекло. Девочка перестала плакать и посмотрела на меня.