Тем более, что Плэгас мертв, и некому будет остановить его победное шествие. А ученики… Еще будут. И не один.
Гибель Мола была шагом назад. Не страшно.
Он еще сделает два шага вперед.
И вот тогда посмотрим, кто выйдет победителем.
Оби-Ван аккуратно свернул пропитанный специальным составом свиток, поместил в защитный чехол и уставился на Йоду.
– Гроссмейстер… Как насчет передачи знаний юному поколению?
– Хрм-м-м? – поднял уши Йода.
– Спарринг. Надо расти в своем мастерстве.
– Хорошо это, – важно кивнул джедай, поднимаясь. – Правильный настрой.
– Разумеется. Надо учиться. Надо быть готовым ко всему. И тогда… – по губам рыцаря скользнула нехорошая ухмылка, – всегда будешь на вершине. Так?
Шаг четвертый, но не последний
Готовясь к противостоянию с ситхом, Оби-Ван долго размышлял, почему все случилось именно таким образом. Как так получилось, что огромная организация развалилась на части за считанные годы? Почему ее члены не смогли остановить падение в пропасть, перенаправить и превратить свободное падение на дно хотя бы в планирование и плавный спуск, а затем в полет?
Каким образом вообще у Палпатина вышло настолько дискредитировать джедаев?
Ответы на эти животрепещущие вопросы он получил, когда смог сесть в тишине и разобрать на части ноющее, как больной зуб, воспоминание о миссии на Набу, тем более что повод освежить память получился весомый: канцлер Палпатин в очередной раз изъявил желание пообщаться с героями, спасшими его несчастную мирную родину от мерзких захватчиков.
Может, оригинальный Оби-Ван и потащился бы на встречу в Сенат, закатывая глаза, бурча, но подчиняясь, а вот версия 2.0, улучшенная и прокачанная, отнеслась к приглашению с подозрением.
Воспоминания о Набу были противоречивыми. Прекрасная природа, рай для фанатов экологичности, естественности и прочего в таком же духе. Культурные зажиточные жители, мирные и вежливые. Сложный своеобразный этикет, монархия, пацифизм и традиции. И коренные жители, находящиеся в состоянии вялотекущего конфликта с сухопутными пришельцами. Надменность и снисходительная брезгливость набуанцев, подглядывающих на всех не набуанцев свысока.
Что вообще он знал о Набу?
Ну, суммируя знания оригинала и свои собственные, немного. Он знал, что такая планета существует. Что является монополистом-поставщиком глубинной плазмы. Что монархия там выборная, а избираются на этот пост сущие дети. Что Амидалу считают прям такой несчастной и безвинно пострадавшей. Что она сыграет центральную роль в этой коряво написанной второсортной пьесе.
Реальность оказалась гораздо более неоднозначной.
Первое, что Оби-Ван с изумлением узнал: под властью монарха Набу находилась не только пусть и богатая, но расположенная на задворках планета, а весь сектор. Там таких планет было тридцать, и не сильно их жители вякали что-то против. Уже в свете данного открытия вся эта ситуация с блокадой и захватом дворца выглядела откровенным идиотизмом, а вот противодействие Сената – очень даже понятным. Торговая Федерация, пусть и науськиваемая Сидиусом, в паре с лоббирующими их интересы сенаторами, давила ставящего палки в колеса владельца весьма прибыльных гиперпутей, а с этой стороны набуанцы гребли прибыль золотыми лопатами. Так ещё и про плазму забывать не стоило – ведь она использовалась в оружейном производстве.
Даже на Земле торговля оружием входила в пятерку самых прибыльных видов бизнеса, что уж говорить про насквозь милитаризированную галактику, где царило право сильного. И у целого сектора нет флота с большими пушками?
Смешно.
Тем более непонятно выглядел пацифистский напор и вера в демократию Амидалы на фоне развития властной вертикали на Набу: это только казалось, что абсолютно любой мог баллотироваться.
Как же.
Были так называемые Королевские дома – ровно шесть штук, в которые затесался и Палпатин, – и были все остальные. Отпрысков избранных семей с пеленок учили политике, ведя целенаправленную селекцию, – поэтому в наивный идиотизм Амидалы Кеноби не верил.
Ведь получившей отлуп от Сената королеве Квай-Гон и Оби-Ван помогали по личной просьбе Валорума, чьим другом являлся Джинн. По личной, не санкционированной Сенатом. И как отблагодарила за помощь Амидала?
Вотум недоверия.
Очень показательное поведение и явно привычное действие для юной королевы – зато теперь в кресле Канцлера сидит бывший сенатор от сектора, ее наставник и дальний родственник Палпатин. На Набу потекли контракты и прочие невидимые простыми обывателями милости. А Палпатин, на волне успеха, подминает под себя Сенат с таким энтузиазмом… Куда там курам, роющимся в навозной куче.