О каком упоении победой может идти речь, если враг все равно воскреснет? Впрочем, ладно. Можно было бы утешать себя мыслью, что убийство будет многократным. Но ведь попробуй это сделать!
Кеноби оказался живучей радиоактивного таракана. Он выживал там, где другие дохли как мухи, уползал, выплывал, убегал и ковылял, попутно делая такие гадости, что иногда Мол на полном серьезе пытался понять, почему эта мерзкая неуничтожимая тварь до сих пор является джедаем.
Может это подпольный ситх, уровня особо коварного Владыки, который только притворяется Светлым, чтобы вводить всех в заблуждение и получать какие-то дивиденды?
Чем-то другим объяснить такую настырность и удачливость было невозможно.
Жизни все мелькали и мелькали, пока не наступил страшный момент: Мол в очередной раз нашел давнего врага, встал в пафосную позу, открыл рот… И понял, что сказать ему просто нечего.
Все уже было сказано неоднократно.
Кеноби смотрел на ситха равнодушными пустыми глазами, ему было совершенно все равно, что с ним произойдет, и Мол просто сплюнул, повернулся и ушел в закат. Он в тот день был особенно красным.
В той жизни Мол помогал повстанцам развалить построенную Сидиусом Империю. Хорошо помогал, его деятельность увенчалась успехом. Нашел он Кеноби спустя много лет снова на Татуине: седой старик сидел в медитации на спине спящего крайт-дракона и даже не почесался, когда его коснулась темная Сила забрака. Только дракон слегка приоткрыл один глаз, осмотрел стоящего прямо перед его пастью наглеца, видимо, оценивая на уровень съедобности, после чего снова закрыл глаз тяжелым чешуйчатым веком.
Пески шуршали, Кеноби медитировал, дракон дрых… Показавшиеся было неподалеку наемники, за каким-то надом припершиеся в эту глушь, тут же на всех парах умчались обратно: репутация у джедая всегда была… специфическая. Забрак постоял, подумал… Залез на спину огромного животного и тоже погрузился в медитацию. Оставшиеся десять лет были самыми спокойными за последние несколько веков.
В следующее пробуждение Мол только кивнул Бену при встрече… И больше не поднимал на него меч.
Разве что в дружеском спарринге.
Рампа захлопнулась, звездолет унесся в космос. Их ждал Телос.
Палпатин задумчиво поджал губы, недоуменно глядя на экран: один из его тайных счетов, созданных на всякий случай и со вполне определенными намерениями, был девственно чист. Количество цифр, еще пару дней назад радовавшее глаз, сократилось до нуля. И это было странно.
Ситх поскреб гладко выбритый подбородок, после чего уверенно ввел еще один код. Следующий счет тоже неприятно удивил балансом, ушедшим в минус.
Мужчина нахмурился, сжимая губы. Если один счет еще могли обчистить ушлые «ледорубы», то несколько… Нет.
– И чьих же это рук дело? – еле слышно прошептал ситх. – Не ваших ли, мой дорогой учитель? И если да, то почему?
Палпатин уже потянулся было за особым комлинком, но неожиданно замер от пришедшей в голову мысли. Следовало проверить несколько совершенно особых мест…
Вызовы ушли в никуда, от дроидов ничего не поступало. Ситх суетился, готовясь тянуть за ниточки и получать информацию.
Еще через несколько часов волосы на голове Шива встали дыбом.
Ситх смотрел на переданные наемником кадры остановившимся взглядом, чувствуя, как кишки завязываются в узел. Мустафарская база, тайная, построенная через двадцатые руки, была уничтожена. Наемник не подошел близко, но Палпатину хватило вида огромной воронки и груд перепаханной взрывом и спекшейся почвы.
Мужчина отключил экран и подозвал секретаря. Что-то ему нездоровится, надо отдохнуть… Через час, когда ситх окончательно разобрался с рутиной, он уже мчался к секретному ангару, где был спрятан созданный по спецзаказу весьма комфортабельный истребитель с самыми быстрыми двигателями.
Еще через какое-то время он уже плавно сажал машину на черную поверхность раскаленной планеты, натягивая маску респиратора – дышать здесь воздухом дольше десяти минут врачи настоятельно не рекомендовали.
Вблизи остатки базы производили еще более гнетущее впечатление, чем на снимках. Взрыв был очень сильным – и бомбу явно заложили в глубине коммуникаций, а не сбросили сверху. Уже это одно говорило о характере нападения.
Впрочем, мало ли удачливых наемников и конкурентов… Враги – они везде! Потерю базы можно и пережить, хоть и жаль взлетевших на воздух средств.
Хуже было другое…
Шив отлично чуял оставшийся в Силе след мучительной смерти Одаренного.