В кафетерии Адам терпеливо выслушивал разглагольствования собеседника.
Печально было признать, но прежде он вел себя так же. Что произошло с ним за время последней командировки? Почему он ощущал себя таким несчастным и одиноким?
По дороге в гараж его подстерегала очередная неудача.
Не успел Адам нажать кнопку нужного ему этажа, как в дверь закрывающейся кабины протиснулся Чарлз.
— Куда запропастился, Адам? Я знал, что сегодня ты будешь в офисе. Надеялся, что найдется время заглянуть и ко мне.
Чарлз выглядел отдохнувшим, загорелым и счастливым. Так и должен выглядеть мужчина, вернувшийся после двухнедельного отпуска на Виргинских островах.
— Как прошел медовый месяц? — спросил Адам.
— Пролетел, как одно мгновение. А в таком раю можно было бы остаться навсегда. А как прошли предварительные переговоры с «Джей Си Эн»? Дело близится к удачному завершению?
— Рано пока делать окончательные выводы.
— Взгляд твой говорит об обратном.
— Поживем — увидим, — уклончиво ответил Адам, пожав плечами.
— Удалось поближе познакомиться с Джессикой?
Если хочешь, могу пригласить ее на ужин. Правда, Энни — не большая мастерица по части кухни, повар из нее посредственный. Но еду можно заказать и на дом.
— Времени на светскую жизнь у меня, к сожалению, не остается. Работы много, и не хочется от нее отвлекаться.
— Что я слышу? Не значит ли это, что дома, в Джорджии, тебя заждалась зазноба?
— Да, нет, Чарлз, нет у меня никакой зазнобы в Джорджии. Во-первых, живу я в Алабаме, а не в Джорджии. Но и там меня никто не ждет. А во-вторых, в Чикаго я нахожусь лишь для выполнения порученного мне задания. И закончив дела, сразу же отправлюсь домой.
Чарлз рассмеялся в ответ.
— Я пытался помочь тебе с выбором помощника и единомышленника в твоем нелегком профессиональном деле. А женщина она броская, привлекающая внимание. Неужели не в твоем вкусе? Как-то раз я застал их вместе с Энни в ресторане во время обеда. На Джессике было коротенькое облегающее платьице. Она выронила сумочку из рук и наклонилась, чтобы поднять. Вот тогда я и подумал, что такая попка создана лишь для того, чтобы…
В руках у Адама ходуном заходил пластиковый стакан с кофе. И на белоснежной сорочке Чарлза засияло ярко-коричневое пятно.
Адам изобразил озабоченность случившимся недоразумением.
— Боже праведный! Не понимаю, как могло такое случиться! Последние две недели вымотали меня вконец. Мышцы ни к черту, а судороги становятся все сильнее.
Чарлз свирепел на глазах.
— Тем более надо быть осторожней! Запишись на консультацию к врачу. Нельзя же в таком состоянии свободно разгуливать по городу!
Со свистом раскрылись двери лифта, и Адам попятился назад.
— Нужна сменная сорочка? Я всегда вожу в багажнике запасную. Могу дать.
Чарлз побледнел от злости.
— Спасибо, я лучше заеду домой, чтобы переодеться. Обратись к врачу, тебе лечиться надо. Окружающие могут серьезно пострадать.
— Незамедлительно свяжусь с больницей и запишусь на прием к лучшему специалисту, — отвечал Адам, роясь в кармане пиджака в поисках ключей от машины. Двери лифта закрылись.
Наконец-то он мог вздохнуть свободно.
Совсем недавно от успешных результатов своей профессиональной деятельности Адам ликовал, пребывая на седьмом небе от счастья. Чем больше снижались затраты на производстве, над модернизацией которого он работал, тем больше становились его комиссионные. Его усердие по повышению рентабельности одного из отстающих предприятий позволило приобрести автомобиль «порше». Его жизнь представляла собой воплощение американской мечты.
«Гордишься собой, мой мальчик?» — спросил знакомый голос.
Ну почему в самые ответственные моменты ему всегда слышится голос матери?
— Дай хоть немного покупаться в лучах собственной славы, — прошептал Адам.
«Что ты делаешь, Адам?»
— Тебе этого не понять. Правила, по которым живет деловой мир, не имеют ничего общего с житейскими заповедями, разбитыми человеческими судьбами и сердцами.
«Я хотела поговорить о кофе, которым ты нарочно испортил сорочку этого парня».
— Неужели на небесах больше нечем заняться?
Ну и вольготная жизнь там у вас.
«Не стоит пачкать мою репутацию. Золото и в грязи блестит. А вот тебе, судя по всему, заняться нечем».
Адам включил погромче музыку и взмолился Всевышнему, чтобы сеанс сегодняшних нравоучений был покороче. Но, как назло, на следующем участке дороги полным ходом шел аварийный ремонт.
— У меня призвание к тому, чем я занимаюсь. Талант, понимаешь?