— Извини, что я помешала.
— Ничего. Я решила остаться после занятий, чтобы немного потренироваться перед экзаменом. Я почти закончила.
— Он будет через пару недель, да?
— Надеюсь, что так. Мастер Чо еще не определился с точной датой.
Рэйли сунула руки в карманы джинсов, не уверенная, остаться или уйти. Она спрашивала себя, где сейчас Лиз, о чем она думает. Она дотронулась до шей в том месте, куда Лиз положила руку, все еще вспоминая о том, как Лиз привлекла ее к себе. Может быть, она и не ожидала поцелуя, но она точно на него ответила. Рэйли снова вспомнила, как Лиз приоткрыла губы, как дразнящее двигался ее язык. Поцелуй был хороший, он был просто прекрасный, и ее тело все еще трясло от желания большего.
— Что с тобой, Рэйли? — спросила Шон, встревожено глядя на нее.
— Я… — Рэйли редко думала о том, что Шон была клиническим психологом. Они виделись только на занятиях или на софтбольном поле. Даже когда они вместе бывали в баре, они никогда не говорили о личном, потому что Рэйли вообще никогда этого не делала. С коллегами она в основном говорила о хирургии или спорте, и очень редко — обычно поздно ночью, после нескольких операций — о сексе. Об их сексуальной жизни, конечно, а не ее. Интимные откровения были не в ее стиле, хотя Лиз она открыла некоторые свои тайны. Она вздохнула. Лиз. С ней все было по-другому.
— Веришь или нет, но я немного повернута на одной женщине.
Шон улыбнулась.
— Правда? Это хорошо или плохо?
— Понятия не имею.
— Ну, это вполне нормально.
Рэйли засмеялась и сразу почувствовала себя лучше.
— Правда?
— Ну, если только она не переворачивает тебя с ног на голову или наизнанку и не слишком затуманивает зрение, все в порядке.
Несмотря на шутливый тон, глаза Шон были теплыми и сочувствующими.
— Хочешь об этом поговорить? — добавила она.
— Не думаю.
— Тогда хочешь потренироваться? У меня есть запасная форма.
— Спарринг? — спросила Рэйли.
— Мне пообещать, что я не пораню тебя?
Рэйли усмехнулась, все еще думая о том, как она позволила гормонам управлять ей несколько минут назад.
— Не беспокойся, моя голова слишком твердая, чтобы можно было причинить ей вред.
— Может быть. — Шон подала Рэйли кимоно. — Но что касается женщин, мы почти никогда не думаем головой. А иногда наши сердца делают очень умный выбор.
— Спасибо. — Рэйли взяла униформу и отправилась в раздевалку. Однажды она последовала зову сердца, и это привело к глубокому разочарованию. Больше ей этого не хотелось.
Глава десятая
Шон поклонилась, потом отошла на шаг назад и прижала руки в перчатках к бедрам, наклоняясь вперед, тяжело дыша. Пот ручьями бежал по ее шее, и белая футболка под кимоно прилипла к груди. Пурпурного цвета синяк расцвел на ее челюсти.
— Теперь достаточно?
— Наверно, — выдохнула Рэйли, сползая на широкую скамью вдоль зала. Она зубами дернула за липучки на перчатках и наконец освободила руки. Убрав с лица мокрые волосы, она прислонилась к стене и уставилась в потолок. Ее левая нога болела, после того как она упала на ничем не покрытый пол.
— Отличный удар ногой.
— Спасибо. А у тебя отличный удар кулаком сзади, — Шон плюхнулась на скамейку рядом с Рэйли. — Не знаю, как я буду бороться с четырьмя или пятью обладателями черного пояса, если все из вас превосходят меня по рангу, когда буду сдавать экзамен на третий дан.
— Все будет замечательно. Ты будешь настолько собрана, что даже не заметишь усталости.
— Тебе легко говорить.
Рэйли повернула голову и улыбнулась.
— Да. Ты права. Дрю, наверно, размажет тебя по полу. Она лучший боец из тех, кого я видела.
Шон улыбнулась в ответ.
— Я знаю, — сказала она с очевидной гордостью. Ее лицо вдруг помрачнело. — Она научилась рукопашному бою в морской пехоте. С тех пор ее не призывали.
Рэйли прикинула, сколько примерно лет Дрю. Все еще молода для службы. Рэйли питала уважение к Дрю как к тренеру и как к женщине Шон, и ей не очень хотелось говорить об их личных делах.
— Я так полагаю, она пока об этом ничего не слышала?
— Официально ничего, но она поддерживает отношения с теми, кто еще служит. Если война продлится, то возможен отзыв из запаса.
— Будем надеяться, что она скоро закончится, — сказала Рэйли, думая о сестре Лиз и о бесчисленном количестве войск и зоне военных действий.
— Да, надо надеяться на лучшее. — Шон уселась поперек скамейки и положила подбородок на колени. — Как твоя голова?
— Ты кинула меня на задницу, и теперь она болит. А с головой все в порядке. Как твоя челюсть?