— Ты знаешь, — Лиз взяла блузку, но не надела ее, — что я…
— Что ты кончила, когда мы целовались?
Лиз тихо кивнула.
— Да. — Рэйли потянулась к ней и легко поцеловала ее.
— Не думаю, что в моей жизни когда-нибудь было что-то более сексуальное.
Лиз прижалась лбом к плечу Рэйли.
— Боже. Ты меня смущаешь.
— Пожалуйста, не смущайся. Это было так красиво.
— Я не могла удержаться. Ты так меня целовала. Так прикасалась к моей груди… — Лиз пальцем обвела губы Рэйли.
— Я ощущала тебя внутри себя. Везде.
Рэйли вздрогнула. Она снова хотела Лиз. Она хотела услышать ее тихие, прерывистые стоны и почувствовать, как она дрожит. Она хотела, видеть, как она выгибается от наслаждения, хотела, чтобы она впивалась пальцами в ее плечи. Она хотела все это, и еще большее. Она быстро отодвинулась от нее и встала перед Лиз на колени на железный пол. Она положила щеку на живот Лиз, чуть выше ее шорт.
— Пока ты спала, я положила сюда руку. Я представляла, что чувствую, как под моими пальцами бьется сердце. Теперь ты уже скоро почувствуешь, как он двигается.
Лиз погладила ее по волосам.
— Ты первая, кто дотрагивается до меня там.
Рэйли закрыла глаза и крепче прижалась к теплому животу Лиз. Они с Энни никогда не занимались сексом, когда она была беременна. Она знала это точно, потому что они вообще не занимались сексом четыре месяца до смерти Энни. Они почти постоянно ссорились, и Рэйли думала, что это из- за того, что аспирантура отнимала у нее слишком много времени и изматывала ее физически и эмоционально. Теперь она задумалась, а не было ли все дело в секрете, который Энни не раскрывала. Она спрашивала себя, что произошло бы, если бы она узнала, если бы заметила изменения в теле Энни. Она спрашивала себя, а хорошо ли она вообще знала Энни?
— Я думаю, я удостоена большой чести.
Лиз засмеялась и потрепала ее по щеке.
— Поверь мне, может быть, во мне и происходит что-то чудесное, но я самая обычная женщина.
— Ты дрожишь. — Рэйли встала и взяла ее за руку. — Пойдем внутрь.
Рэйли перелезла через подоконник и помогла Лиз. Потом достала футболку из комода и подала ей.
— Держи. В ней будет теплее, чем в блузке.
Пока Лиз надевала футболку и складывала на комоде блузку, Рэйли легла на кровать и включила светильник на прикроватном столике. Она протянула руку, и Лиз взяла ее и легла рядом с ней, лицом к лицу.
— Теперь тепло?
— Да, отлично.
Рэйли обняла Лиз и притянула ее к себе, чтобы их тела соприкоснулись.
— Нет, ты не обычная. Ты сильная и смелая, и такая сексуальная, что я просто с ума схожу. Я все время хочу тебя.
— А я оставила тебя неудовлетворенной, — сказала Лиз. — До сих пор не могу поверить, что я так сделала.
— Я говорю тебе, это было восхитительно. То, что я почувствовала, когда поняла, что происходит… поверь мне, это было лучше, чем оргазм.
Лиз засмеялась.
— Да, ты действительно в тяжелом положении.
— Может быть. Но я не жалуюсь.
Лиз просунула руку под футболку Рэйли, прижалась к ней и поцеловала ее.
— Я хотела оказаться с тобой в постели сразу же, когда мы поднялись в твою квартиру. Сразу же — никаких барьеров, никаких сомнений.
— Но?
— Это для меня новая территория. — Лиз взяла руку Рэйли и приложила к своему животу. — Это новое. — Потом положила ее руку на свое сердце. — И то, что происходит здесь, тоже новое. Я не знаю, когда Джулия исчезла из моей жизни и из моего сердца. Я не замечала этой пустоты, пока она не стала такой большой, что мы уже не могли сделать ничего. Ничего уже нельзя изменить.
— И даже ребенок ничего не меняет?
— Особенно ребенок.
Рэйли нахмурилась.
— Что она тебе сказала, когда ты рассказала ей?
— Что это чудесно.
— Она права. Как она могла…
— Рэйли, Джулия ничего не знала, потому что в тот день, когда я должна была пройти инсеменацию, она позвонила мне из Калифорнии и сказала, что она не хочет ребенка.
— Она была в Калифорнии? Почему она не пошла с тобой?
— Мы несколько месяцев говорили об инсеменации, и, наконец, решили сделать это. Или, по крайней мере, так решила я, а она согласилась. Все уже было запланировано, а у Джулии была встреча, которую она никак не могла отменить. — Лиз покачала головой. — Мы обе решили, что если она не сможет пойти со мной, я сделаю это одна. В конце концов, это не так уж важно. По крайней мере, так мы сказали друг другу.
Рэйли стиснула зубы, чтобы воздержаться от комментариев. У нее не было права критиковать Джулию. Ее девушка тоже не могла положиться на нее, или, по крайней мере, так думала Энни.