Я закрыла кран и резко развернулась.
- Ты что здесь делаешь? – стараясь говорить строго, спросила я.
Алекс невозмутимо прошёл к кабинкам, толкнул каждую из дверей, видимо удостоверившись, что кроме нас двоих, здесь больше никого нет, и направился ко мне, сохраняя ухмылку на своём красивом лице.
- Мне повториться свой вопрос? – вновь подала голос я, вжавшись поясницей в холодной мрамор.
- Я не глухой, цветочек, - соизволил ответить Алекс, заключив меня в капкан своих рук, поставив их по обе стороны от моей талии.
- Тогда отвечай, - сказала я, напрягаясь всем телом.
Его глаза неотрывно смотрели за мной, и с каждой секундой в них было всё больше, едва контролируемого, желания.
- Ты ведь сама знаешь, зачем я здесь, Маргаритка, - выдохнул Алекс мне в губы, но так и не коснувшись их.
- Мы друзья, Саш, друзья, которые ненавидят друг друга. Нам нельзя.
- Друзья не целуются, Марго, - прошептал он, проводя по моей нижней губе языком.
- Это было один раз, и он был ошибкой.
- Зря, цветочек, очень зря, - прохрипел Саша и впился в мои приоткрытые губы.
Этому поцелую просто невозможно было сопротивляться, Алекс брал напором. Он знал, что делать, чтобы я начала отвечать. Знал, что я таю, когда меня держат за талию. Знал, когда у меня заканчивается воздух, чтобы дать мне передышку. И прекрасно знал, что я сдамся.
Моя рука обхватывала его шею, стараясь прижать его ещё ближе, хотя между нами не было и миллиметра, вторая рука покоилась на его груди, на месте сердца. Так, что я понимала, Саша тоже неравнодушен, в нормальном состоянии сердце так бешено не бьётся.
Мы целовались до умопомрачения, до тёмных кругов в глазах, до нехватки кислорода, да первых стонов, моего или его, совершенно неважно. Оторвавшись друг от друга, мы смотрели глаза в глаза и пытались понять, любовь ли это? Или момент страсти? А так ли мы ненавидим друг друга, как пытаемся показать?
- Это тоже было ошибкой, цветочек? – хрипло спросил Алекс.
Он аккуратно развернул меня спиной к себе и лицом к зеркалу.
- Ты такая красивая, - еле слышно прошептал Саша, зарывшись носом мне в волосы и обняв за талию. – Такая нежная, - проводит носом по шее. – Ты пахнешь, словно последний день августа, вкусно, соблазнительно, маняще, но будто вот-вот растворишься в осени, исчезнешь, - от его горячего шепота я становилась влажной, губы пересохли, а глаза жадно ловили движения его руки, которая медленно скользила мне под юбку. – Ты ломаешь в хлам мою нервную систему, заставляя жить в мире иллюзией, где ты рядом со мной, - Сашина, в некоторых местах грубая, рука добралась до края трусиков и мягко потянула их вниз.
Его слова гипнотизировали, заставляли подчиняться. Мозг отказывался работать, а тело машет белыми флагом, точнее мокрым насквозь нижнем бельём.
Трусики упали к моим ногам, я с лёгкостью переступила через этот чёрный кусочек ткани. Сейчас я была готова к большему, чем просто обнажить своё сокровенное.
Алекс начал медленно приседать, проводя ладонями по моими ногам, чтобы поднять то, что он самостоятельно снял. Вернувшись в прежнее положение, Саша зарылся носом в ткань трусиков и глубоко вдохнул. Это было возбуждающе, смазка текла вниз по бёдрам, не пытаясь остановиться.
Убрав моё нижнее бельё в задний карман джинсов, Алекс вернулся ко мне.
- Когда-нибудь ты кончишь мне на лицо, потому что я до одурения хочу попробовать тебя на вкус.
Меня трудно смутить, потому что я далеко не стеснительная девушка, но эта фраза заставила мои щёки покраснеть.
Саша начал медленно задирать юбку, оставляя влажные поцелуи на шее.
- Сколько раз я сгорал от ревности, видя тебя в объятиях других, - массирующими движениями Алекс давил на клитор, заставляя дыхание сбиться. – Сколько раз я представлял тебя в самых разных позах, как ты стонешь, как кричишь моё имя во время оргазма, как просишь быть быстрее, жёстче, грубее, - он ощутимо прикусил на шее кожу и резко ввёл в меня один палец.
Мне пришлось прикусить тыльную сторону ладони, чтобы не застонать слишком громко.
Всем нутром ощущать, как его палец стискивают стенки влагалища, выделяя всё больше смазки.
Александр резко схватил мои руки и завел их за спину, удерживая за запястья.
- Нет, девочка, я хочу слышать. Хочу запечатлеть в памяти момент, когда ты сама будешь умолять взять тебя.
- Я не скажу этого, - подавляя стон, выдавила я.
- Посмотрим, - многообещающе ухмыльнулся Саша, сделал ещё один толчок пальцем и вышел из меня, вызвав разочарованный стон.