Спустились вниз уже в сумерках. Внизу Паулина сообщила, что такого издевательства над своей особой она больше не перенесёт. Никогда. Мишь подумала и сказала, что наверху красиво, но она за рукотворную красоту. Себастьяно долго молчал, а потом из него вытянули-таки, что осьминог – существо не горное и никогда им не будет. И точка.
И только княжна Ядвига не сказала вообще ничего. Она шла впереди всех, прихрамывала на левую ногу и улыбалась в темноте чему-то своему.
21. Что делают, спустившись с гор
После гор, согласно традиции, следовало завалиться в какую-нибудь местную корчму и как следует поесть. Кормили на каждом углу, кормили вкусно и обильно, и не слишком дорого, а во многих местах каждый вечер музыканты играли местную немного варварскую, но берущую за душу музыку.
В той корчме, куда привела всех Ядвига, яблоку было негде упасть. Но она знала, куда идёт – был ещё и второй этаж, оказывается, точнее – балкон, опоясывающий стены зала.
Сверху был виден весь первый этаж и отлично слышна музыка. Скрипка, альт, виолончель и контрабас, плюс вокал. Себастьяно подумал, что Аннели пришлось бы по нраву это место, хотя она и говорила, что напоказ играет в основном классику.
А здесь играли местные народные мелодии, очень задорные, с интересным ритмом и очень мелодичными песнями. И под них оказалось очень здорово есть мясо, колбаски, картошку, суп, рыбу и печёные яблоки, и запивать всё это гретым со специями вином.
Даже усталость из ног куда-то делась, а Ядвига снова взялась рассказывать. О двух замках на берегу озера, один из которых стоит по сей день, а второй – лежит в руинах, о разбойничьих кладах, зарытых в пещерах под самыми высокими горами, и о дьяволе, который заставлял работать на себя ничего не подозревающих простаков. И эти истории отлично подходили, как показалось Себастьяно, духу этого места, где ещё такое слушать, как не в корчме с самой настоящей разбойничьей музыкой?
Впрочем, рассказчица увлеклась и не заметила, как опрокинула на себя глиняную кружку с вином. После чего уже все поняли, что время позднее и неплохо бы добраться до душа и постели.
Правда, когда они встали из-за стола, оказалось, что ноги уже не очень-то хотят идти – как-никак, целый день по горам, и вверх, и вниз. Но кто бы их спрашивал, ноги, ночевать-то нужно дома, и значит – вставать и идти.
А утром спать, сколько заблагорассудится.
22. Сборы
В последний день путешествия всегда хочется успеть всё, что не успели, купить всё, что не купили и съесть всё, что не съели. На то он и последний. Мишь призналась, что где бы ни была, каждый раз мучается вопросом – как сделать, чтобы долгой зимой дома не думать о том, куда не попала, что не посмотрела и чего не привезла.
Упаковывать чемоданы в конце поездки – и сложно, ибо вещи размножились, и грустно, ибо отпуск заканчивался. Паулина долго пыталась упихать всё в чемодан, но он не закрывался, что ни делай. Себастьяно подошёл, осмотрел всё и хмыкнул – зачем, мол, тебе столько всякой всячины? У него-то был всего-навсего маленький рюкзак, даже не слишком тяжёлый. Паулина с готовностью объяснила – кому, что и для чего она везёт. Сувениры, игрушки, одежда и что-то там ещё. Себастьяно уважительно присвистнул – ну да, возьмись он привезти подарки родственникам, два таких чемодана понадобилось бы, другое дело, что он никому ничего не повезёт. Попробовал помочь ей упихнуть, но чемодан не закрывался по-прежнему.
Тогда Паулина позвала Мишь и попросила ей помочь.