Соломой и сыростью не пахло, а значит, Алёну привели не в очередное стойло, а как минимум в цивильное сухое помещение. На мгновение ей показалось, что ей будут делать эротический массаж, но разве же это пытка? Один из парней подвёл девушку к чему-то металлическому, и, по команде садясь на эту штуку, Алёна поняла, что конструкция напоминает гинекологическое кресло. Кожаная подкладка компенсировала дискомфорт от ледяного металла, и Алёна устроилась в кресле настолько удобно, насколько можно было вообще об этом говорить. Парни обступили её с двух сторон и взяли за ноги, чтобы приподнять и зафиксировать их у металлических жердей. Почти как на приёме у гинеколога, подумала девушка, и постаралась сдержать волнение.
Однако её не покидало ощущение, что в помещении есть кто-то ещё. Ассистенты создавали много шума, фиксируя девушку, но… эти шаги в нескольких метрах от неё — чьи они? После встречи с Ильёй она ласкала себя до двух часов ночи под одеялом, смотря любимое видео. Уже утром она снова попросила Монику о визите, а также пожелала, чтобы с ней сделали «что-то особенное».
Внезапно что-то жётское коснулось нежной кожи на внутренней стороне бедра и плавно проследовало к половым губам. Раскрывая складки, словно ища купюру в книге, некто заставил Алёну ещё сильнее покраснеть.
— Не бойся, сладкая, мы будем хлестать тебя не очень сильно. Местечко-то нежное, — раздался впереди зрелый женский голос.
— Кто вы? — задала Алёна вопрос, за который сама испытала неловкость. Словно она не знала, на что идёт. Легкий смешок стал ей ответом, а следом за ним раздался короткий свист разрезаемого воздуха. Стек уверенно и со шлепком встретился с нежной кожей Алёны.
— Ауч! — взвизгнула она. Это было вполне терпимо, но ощущения разительно отличались от тех, когда мягкий ремень касается ягодиц. Если боль от обычной порки можно было представить как волны, то боль от порки промежности стеком походила на пирамиду, где ощущения концентрировались на острой вершине.
— Ну что? Уже сдаёшься? Ничего страшного не случится, это место всегда такое болезненное! — прокомментировала неизвестная женщина, голос которой показался Алёне знакомым. Ещё один удар заставил Алёну выгнуть спину.
— Сдаться ей не позволят, пока все удары не будут произведены, — произнёс какой-то мужчина.
Эта фраза разогнала сердце Алёны до немыслимых темпов. Это выглядело уже не как игровое наказание, а как настоящая порка провинившейся послушницы, где есть все требуемые элементы: доказанная вина, атрибут порки, число полагающихся ей ударов.
— Кто следующий?
— Я, — ответил мужской голос, а затем кто-то тяжело подошёл к Алёне. Следующий удар был чуть сильнее, и Алёна вскрикнула, уже будучи уверенной, что такого рода пытка ей не совсем по душе.
— Нет, стойте! — возразила Полякова. — Это же больно!
— Максим, нежнее с нашей гостьей, — различила Алёна чей-то голос со стороны.
— Не бойся, девочка, я буду аккуратно. Можно сказать, нежно.
Следующий удар и правда оказался слабеньким, но кожа ещё горела от предыдущего, так что Алёна снова вздрогнула. Но гораздо сильнее, чем боль, её волновало то, что происходит вокруг. Теперь она уже отчётливо слышала, как рядом с ней переговариваются люди. Сколько их было? По голосам не менее четырёх человек, а может быть, и больше.
— Снимите маску! — воспротивилась она, хотя на самом деле уловила извращённую прелесть этого момента. На неё явно смотрят люди! Она — живой аттракцион, но для кого? Для работников? Для других гостей клуба?
— Моника, она просит снять маску. Что делаем?
— Снимайте, — раздался голос администратора справа от пленницы.
В следующий момент она увидела лампочки, свисающие с потолка. Она находилась в самом узнаваемом месте псевдо-фермы. Это был холл. На кожаной мебели тут и там сидели люди, многих из которых она уже видела. Например, рыжеволосая дама по имени Жанна — ей не помогла скрыть личность даже маска. Артур, её первый ассистент на ферме. Моника, Максим, ещё несколько незнакомых людей. Созерцать на их фоне своих раздвинутых ног оказалось для Алёны непосильной задачей: она изогнула спину в оргазме от первого же удара, который был подарен ей «не вслепую». Зрители одобрительно заохали, словно награждая Полякову комплиментом. Эмоциональный фейерверк сотрясал девушку дольше, чем обычно — ей казалось, что внутри неё сейчас словно кончают сразу несколько женщин, каждая из которых готова переплюнуть другую в уровне своей испорченности. С запрокинутой головой Алёна лежала несколько минут, пока все, кто наслаждался экзекуцией, не ушли в неизвестном направлении.