— А где Марсель? Вообще, где все?
— Скорее всего, остальные ещё спят. Не переживайте, вы получите возможность увидеть всех, с кем провели эти два дня, ещё раз вечером. Сегодня будет проходить ваша импровизированная коронация.
— Но ведь это было задание для Марселя, так? Он должен был победить, а не я!
Максим хитро ухмыльнулся и пожал плечами.
— Марсель действительно победил. Он получит свой выигрыш, а это целое состояние! Вас ждёт куда более щедрая награда, Алёна. Ни вы, ни Марсель об этом не пожалеете.
После этого Максим удалился, а Алёна продолжила лежать на смятой постели, ощущая, что за ночь она снова вспотела, и теперь на её коже была липкая плёнка. К тому же, внизу ей досаждал дискомфорт от сильного растяжения, которое создал Марсель, утоляя свой голод.
Только сейчас она начала понимать, в какую историю её втянуло любопытство при просмотре роликов для взрослых. Алёна села на край кровати и обняла голову руками. Казалось, что вся её прошлая жизнь, в которой было место фитнесу, Илье, одиноким вечерам перед ноутбуком, пришел конец. Она словно попала в параллельный мир. Рухнула в зазеркалье развратной стороны человечества, где существуют только две валюты: деньги и секс. А в людях больше всего ценится азарт и уровень их испорченности.
Спешно пообедав, Алёна долго слонялась по пустому имению, изредка натыкаясь на Максима в коридорах. Вечер неминуемо приближался, и после полудня обитатели особняка начали просыпаться. Первой Алёна увидела Монику. Та подбежала к ней и приобняла почти по-сестрински.
— Ну что, теперь я могу обращаться к тебе на ты? Думаю, с этого момента мы будем связаны гораздо теснее, чем до этого.
— Вы… — Алёна никак не могла перестроиться на новое обращение. — Я совершенно ничего не понимаю.
— А что тут понимать? Тебе просто очень крупно повезло. Я могла бы рассказать тебе, что будет дальше, но не хочу. Хочу, чтобы ты сама это увидела и почувствовала. Думаю, я смогу подготовить тебя к церемонии.
Моника повела Алёну к себе в комнату, а затем куда-то убежала. Вернулась она с коробкой, которая была перевязана белой лентой. Внутри лежало роскошное серебристое платье с глубоким декольте.
— Оно как будто для твоей фигуры создано. Сядет идеально, я уверена.
Так и вышло. Аккуратный силуэт платья подчёркивал всё, над чем Алёна потела в спортзалах долгие годы. А игривый блеск создавал дополнительные акценты на её округлых ягодицах и выпирающей груди. Вскоре волосы легли на плечи лёгкими локонами, а на губах появился слой алой помады.
— Так, с тобой мы закончили. Поскольку на этот раз я всего лишь вхожу в твою свиту, у меня наряд куда скучнее.
Моника достала из шкафа платье, подозрительно напоминающее то самое, из клуба пыток. Когда смуглянка переодевалась, Алёна заметила кое что, что легко могла упустить из вида из-за собственной утомлённости.
— Слушай, а где твой…
Действительно, шоколадного оттенка талия Моники больше не была опоясана металлом.
— Ты про пояс? Так вышло, что мы, по сути, выбыли из игры. Нам разрешили снять пояса под утро. Если честно… я переспала с Пьером. Это не то, чего я ожидала, но… сойдёт.
— А остальные?
— Многие тоже вступили в связь со своими патронами. Даже Дарина. Уж не знаю, чем этот старик её удивил, но она не стала ему отказывать. Жанна всю ночь развлекалась с молоденьким парнем. Думаю, ты уже догадалась, что Максиму это нравится. Эдакий мазохизм, знаешь ли.
Алёна вспомнила странную пару, и в очередной раз поразилась тому, как они могут жить друг с другом в таких условиях.
— А что будет с моим поясом?
Моника многозначительно осмотрела Алёну с головы до ног.
— Ключ от твоего пояса будет у Виктора, самого главного человека в этом здании и в нашем клубе. Он стоит у истоков всего, в чем ты участвуешь. Уже более 10 лет каждый год самые развратные женщины и самые богатые мужчины Европы приезжают сюда. Он делится с ними девушками, которых мы отбираем в стенах клуба. Прости, что втянула тебя во всё это, но ты сама приняла условия. «Подчиняться руководству клуба» — а он и есть наше руководство. После своей победы год назад я пыталась уехать из Москвы, плакала днями и ночами, мне было стыдно за то, что со мной здесь сделали… Но когда я забыла о клубе и вернулась к прежнему существованию, я поняла, что мне… скучно. Я не могу больше жить той жизнью, которой жила! Выслушивать от скверных мужчин ещё более скверные слова в свой адрес. Ханжеские ублюдки! Виктор освободил меня от этого и дал понять, что моя натура — это часть меня. И меня нельзя оскорбить за то, что мне нравится.