Глава 11
Будем честны, идея собраться на заседание клуба у меня дома показалась мне дерьмовой изначально. А уж когда эта гопкомпания ввалилась ко мне в квартиру…
— Я всё равно не понимаю, зачем это, — фыркает мама, аккуратно снимая плащ.
— Спроси у бабушки, — пожимаю плечами я.
— Ну, вообще-то Клуб разбитых сердец организовала ты, — справедливо замечает маман.
— Я была не в себе. Мне было плохо…
— Ох, малышка… Нужно было просто дать себе время переболеть.
— Кто бы говорил! — бурчит бабуля.
— Клара, у меня все в порядке! Ну, сколько мне еще это повторять? — психует мама, автоматически поправляя вазу. — И с сердцем, и с головой. Хоть убей не пойму, почему ты решила, что если у меня нет мужика, то и счастья нету!
— Потому что одно тесно связано с другим! — рявкает бабуля в ответ. Мама упрямо молчит, я перевожу взгляд на топчущуюся в дверях Маришу, до которой, похоже, начало доходить, куда она попала.
— Мариш, проходи. Чего застыла? У нас тут семейный кружок токсичной поддержки. Присоединяйся.
Мариша слабо улыбается и садится за стол, обнимая пустую кружку, которую я приготовила, чтобы разлить чай — не на сухую же нам сидеть. Замечаю, что ноготь у нее на указательном пальце обглодан почти до мяса.
— К сожалению, Клара Романова, лично я не могу с вами согласиться. У меня все беды как раз от мужчины, — вздыхает Мариша, вроде и не желая перечить старшему, но в то же время имея непреодолимую потребность высказаться.
— Ну, какой твой Артём мужчина? — снисходительно похлопывает Маришу по руке бабуля. — Так, маменькин сынок. Настоящий мужчина живет своей головой. Даже если родители выступают категорически против его выбора.
— Точно, — подает мама голос, — Клара Романовна знает, о чем говорит, — указывая на себя двумя большими пальцами
— Серьезно? — застываю наперевес с заварочным чайничком. — Бабуль, ты была против мамы?!
Бабушка снисходительно фыркает, устраиваясь в кресле поудобнее, словно сейчас не кухонные разборки намечаются, а минимум лекция по семейной психологии.
— Я ошибалась, — заявляет она с достоинством. — И могу это признать, в отличие от некоторых. Но не все способны на такую осознанность. Цените.
Мариша кивает каким-то своим мыслям и пускается в долгие пространственные объяснения о том, что вообще-то ее Тёмочка не так плох. И не замечает, что противоречит сама себе. Рассказ Мариши слушаю лишь для того, чтобы отвлечься от собственных проблем. В конце концов, вот у кого реально хреновая ситуация. Ни образования, ни жилья, ни заначки на черный день. На фоне этой дурынды мои проблемы в личной жизни кажутся не такими уж и нерешаемыми.
Маришин рассказ прерывает негромкое похрапывание.
— Как неделикатно! Прямо посреди чужой личной драмы… — потешается мама над прикорнувшей бабушкой. Марина, ничуть не смутившись, прыскает в ладошку. — И этот человек вещал мне об эмпатии!
— Ладно тебе, мам. Неизвестно, что с нами будет в восемьдесят.
— И не поспоришь. Но если я начну совать свой нос в твою жизнь — лучше пристрели меня, — мама поджимает губы. Бабуля в ответ всхрапывает чуть громче. Переворачивает голову на другой бок и бормочет что-то невнятное.
— Ну не знаю, — вздыхаю я. — В ее словах есть доля правды. Ты действительно слишком долго одна. Может, тебе познакомиться с кем-то?
— Не надо мне с кем-то! И вообще, когда же вы с бабулей поймете, что лучше быть одной, чем с кем попало! — озвучивает довольно банальную истину моя бестактная мать. Мариша округляет глаза, будто услышала некое божественное откровение.
— Как хорошо сказано, Изольда Юрьевна!
— Ну, вот и подумай об этом как следует. Из твоего рассказа очевидно, что Артёмчик твой — то еще говно.
— Мама! — делаю жест «рука-лицо».
— А что? У тебя другое мнение? — удивляется та.
— Да нет. Просто… У каждого человека есть свои недостатки. Не бывает идеальных мужчин. Так что надо выбирать того, с чьими несовершенствами ты готова мириться.
Я хмыкаю, машинально пододвигая к Марише сахарницу, хотя она так и не притронулась к чаю.
— Ключевое слово — «готова», — вставляет мать. — А не «вынуждена».
Мариша на секунду замирает, словно примеряет эту мысль на себя. Не очень удачно, судя по выражению лица.