- Не забуду, - сказала Стефани, - и большое вам спасибо. Вы настоящий друг. Жаль, что вы не сможете меня в этот момент держать за руку.
- Да вас и не нужно держать за руку. Не сомневаюсь, справитесь и сами.
- Надеюсь, вы правы, - неуверенно засмеялась Стефани. - Нелегко, знаете ли, в одиночку решать сразу столько проблем.
Последовало продолжительное молчание.
- Ну какая же вы одиночка, - негромко проговорила Дженис. - Хочу, чтобы вы хорошенько запомнили: мне, да и другим, вы небезразличны.
Решительность, прозвучавшая в голосе Дженис, как и любая чрезмерная откровенность в выражении чувств, Стефани несколько смутила, однако же, заканчивая разговор, она вновь поблагодарила Дженис за помощь.
Натирая пармезан для пиццы, Стефани услышала, как внизу хлопнула дверь и раздались громкие голоса: близнецы явились. Минуту спустя она уже вдыхала знакомый запах разгоряченных тел и подставляла щеки для поцелуев. В один голос дети спросили, как дела, и нужна ли их помощь в готовке.
"Господи, да что же я, совсем уж развалина", - подумала Стефани.
- Если хочешь, можешь накрыть на стол, - сказала она Ронни. - А ты, Чак, пусти Монстра домой, пока он не протаранил дверь в гараж.
Монстр, это новое семейное приобретение, оказался вовсе не тем бойким щенком, о котором она думала, а вполне взрослой собакой с сомнительной родословной, которая в тот самый день, когда Стефани сняла мораторий на домашних животных, бежала за мальчиками из школы до самого дома. Про себя-то Стефани надеялась, что пес у них будет чемпионом, но уж больно жаль было этого бездомного бродягу, и Стефани не смогла отказать мальчикам.
- А после ужина, - продолжала она, - почему бы вам не отправиться с ним в парк? Пусть побегает. Иначе будет всю ночь выть в гараже... Нет-нет, об этом и не заикайтесь, с вами он спать не будет.
- Ну, мама, - начал было Чак, но тут же остановился. - Ладно. Он у нас так набегается, что всю ночь будет дрыхнуть без задних ног.
Стефани подозрительно посмотрела на него. Уж не заболел ли? Такая покладистость не в его духе. Ронни - иное дело, он всегда готов помочь. А у Чака постоянно находятся отговорки, лишь только речь заходит о чем-нибудь, даже отдаленно напоминающем работу, хотя, стоит предложить поразвлечься, он всегда тут как тут.
Стефани заметила, что дети не сводят с нее глаз.
- Ну, в чем дело? У меня что, нос в саже?
- Может, ты простудилась? - спросил Чак.
- И верно, мама, у тебя глаза красные да и нос тоже.
Плакала? - подхватил Ронни. В чуткости этому парнишке не откажешь.
Стефани рефлекторно прикрыла нос:
- Да вроде насморк подхватила.
- Так ведь как будто не холодно, - пробурчал Чак.
- Да ладно, мам, выкладывай, чего уж там. Что-нибудь случилось?
Стефани поколебалась и все-таки уступила искушению поделиться своими печалями:
- Помните, я на днях ходила наниматься на работу? Так вот, сегодня мне позвонили. Похоже, место досталось кому-то другому.
- Скверная штука, - протянул Ронни. - И почему же?
- Решили, что твоя мамочка слишком стара для начинающей. А может, это я сплоховала на собеседовании. Слишком зажата была и, наверное, произвела не то впечатление.
- Весьма вероятно, - неожиданно согласился Ронни. - Я тут читал воскресную "Кроникл", так там говорится, как готовиться к собеседованию. Как раз собирался дать тебе почитать.
- Пожалуй, тебе стоит потренироваться заранее, - подхватил Чак. Помнишь, как ты репетировала с нами, перед тем как у нас вырывали эти штуки, ну да, аденоиды? А теперь мы с тобой порепетируем. Где эта статейка, Ронни?
Чуть позже, отставив на время ужин, Стефани от души хохотала над ухищрениями близнецов. Вполне в своем стиле, они полностью вошли в роль и разыгрывали всевозможные, в том числе и самые фантастические ситуации. Одна из них была взята из популярной мыльной оперы, которую как раз в эти дни показывали по телевидению: наниматель - сексуальный маньяк - готов взять Стефани на работу, если она ляжет с ним на диван в приемной.
- Ну что ж, теперь, - сказала Стефани, вытирая глаза, - мне ничего не страшно. Можно начинать собеседование!
- Мы действительно тебе помогли? - спросил Ронни.
- Конечно. - Стефани погладила его по плечу.
- Надо папе рассказать. Он велел нам... - Чак запнулся.
- Так что же вам папа велел? - спокойно спросила Стефани.
- Да так...
- Ладно, договаривай. Теперь уж все равно шила в мешке не утаишь.
- Трепло. - Ронни сердито посмотрел на Чака. - Это он сказал папе, какая ты в последнее время стала зануда... какая ты подавленная ходишь и что нам от этого тоже не по себе. Ну, папа и ответил, что не надо тебя винить... в том, что вы разбежались. Он сказал, что сам во всем виноват и что, когда мы вырастем, он все объяснит. И еще добавил, чтобы мы о тебе заботились, не дрались ну и все такое прочее. Вот мы и стараемся, мам.
- Я вижу и горжусь вами. - На сей раз Стефани приласкала обоих.
- Когда в очередной раз рассердишься на нас, вспомни, что ты сказала, - заметил Чак. - Допустим, узнаешь, что я забыл в школе свитер и кто-то его украл или что-нибудь еще в этом роде.
Стефани усмехнулась. Чак обеспокоенно посмотрел на мать, отчего она уже по-настоящему расхохоталась. Ронни тоже засмеялся, а вслед за ним и Чак.
- Чего это вы так веселитесь? Чак опять фантазирует? - На пороге стоял Дэвид.
Смех застрял у Стефани в горле. Она попыталась что-то сказать, но изо рта вырвался только какой-то хриплый звук.
Улыбка сошла с лица Дэвида.
- Прошу прощения. Я позвонил, но никто не ответил, вот я и вошел. Дверь была не заперта.
Что-то - может быть, напряженный голос Дэвида - подсказало Стефани, как, должно быть, ему больно видеть эту сцену. Внутри шевельнулось нечто вроде сочувствия, но Стефани не дала ему воли. Дэвид сам во всем виноват. В конце концов это она жертва, а не он Так почему же с таким трудом ей приходится удерживать слезы.
- Привет, пап, - весело заговорил Чак. - Мы смеялись... даже сам не знаю, над чем. Это мама начала.
- Ничего подобного, это ты заговорил о свитере, который забыл в школе, - возразил Ронни. - Самое время нашел. - Он перевел глаза на мать. Та насторожилась. - Мама приготовила на ужин пиццу. Поешь с нами? Хватит на всех, правда, мам?
Вот уж чего Стефани хотелось меньше всего, так это есть пиццу - да, собственно, что угодно, - в компании Дэвида. На самом деле она предпочла бы, чтобы он вообще ей на глаза не показывался. Но, с другой стороны, у ребят такое хорошее настроение. В конце концов, разок его к столу пригласить можно... Только, может, мальчики не так поймут? Вдруг они подумают, что у матери с отцом снова все будет хорошо?
- Очень жаль, малыши, но у меня сегодня деловой ужин с клиентом, сказал Дэвид.
Стефани поняла, что он заметил ее колебания.
Неожиданно она разозлилась. Дэвид - страдалец, Дэвид - невинный агнец, так, что ли, получается? Так вот, она тоже страдает, причем не по своей вине. Единственное, в чем она может упрекнуть себя, так это в том, что была легковерной дурочкой, прожила всю жизнь с закрытыми глазами, стараясь, чтобы другим было хорошо.
- Тогда как насчет чашки кофе, папа? - спросил Чак.
- На сегодня, сынок, я свою норму кофеина уже исчерпал, - покачал головой Дэвид.
- Так это же кофе без кофеина. Мама пьет теперь такой, от настоящего у нее сон пропадает.
- Да нет, мне все равно скоро уходить. Клиент живет неподалеку, ну вот я и подумал, что стоит заскочить по дороге. - Дэвид вытащил из кармана бумажный пакет. - Мне тут на днях попалась на глаза новая видеоигра. По-моему, забавная штука.
Вырывая пакет друг у друга из рук, мальчики начали вслух читать описание, а Стефани вернулась к своему сыру. Ребята устремились в гостиную, где стоял видеомагнитофон, и, лишь когда Дэвид заговорил, Стефани поняла, что он все еще здесь.