— Решая за меня? — с вызовом спросила Надежда, явно нарываясь на ссору. — Только мне решать, что для меня лучше, а что хуже!
— Если тебя так напрягает моё присутствие здесь, я могу уйти, — совершенно спокойно предложил Кирилл, — и причина обижаться на Аню исчезнет.
Виноградова смотрела на него во все глаза. Их разговор становился всё страннее и страннее, а ещё девушка ощущала сильный дискомфорт от понимания того, насколько разными были реальный Кирилл и Кирилл, которого рисовало её воображение. Ей хотелось злиться на своего обидчика, но желанная злость отчего-то не появлялась.
Решив, что своим молчанием Надя выражает желание его ухода, Кир решил не навязывать ей своё общество. Словно в замедленной съемке мужчина развернулся, чтобы уйти. Часть девушки, малодушная её часть, осталась довольна капитуляцией Королёва, а вот объективная часть только головой покачала. На принятие решения у Виноградовой были доли секунды.
— Кир, стой! — остановила его брюнетка. — Не уходи. Думаю, нам действительно нужно поговорить.
Только произнеся вслух эти слова, Надежда поняла, насколько правильным является такое решение. Ей давно стоило поговорить об этом, а не бегать подобно трусливому зайцу.
***
Они уединились на веранде и говорили, говорили, говорили… Ни слова о прошлом, речь шла о настоящем. Просто мужчина и женщина, разговаривающие словно старые знакомые, не видевшиеся очень долгое время. Кирилл больше не просил прощения, Надя не ждала его покаяний. Этим разговором оба хоронили общее прошлое, которое долгое время отравляло им жизнь. Виноградова, наконец, увидела другого Королёва, поняла, что время сильно изменило мужчину. Он стал более спокойным, более мудрым, что ли… Девушка даже не могла подобрать нужное слово для описания изменений в нём. У Кирилла кардинально поменялось видение мира. Надежда не спрашивала его об умершей жене, не пыталась выказать жалость. Кир же не пытался отнестись к ней, как к жертве, и за это она была ему очень сильно благодарна. Все эти годы девушка ненавидела эту роль, отведенную ей много лет назад.
С каждым сказанным словом напряжение между ними постепенно уходило. Они словно заново знакомились, без взаимных обид и сожалений. И это прекрасно! Именно такой разговор, как выяснилось, нужен был Надежде. Она смогла частично сбросить с себя груз обиды, давивший на неё. Королёв же, казалось, понимал нежелание девушки ворошить прошлое и просто игнорировал эту тему, а Надя не решалась поднять вопрос о споре в их разговоре, боясь нарушить спокойную атмосферу, повисшую между ними.
Эти двое и не заметили, как проговорили два часа. Виноградова очень удивилась, взглянув на свои наручные часики.
— Нам стоит вернуться на праздник, — решила она. — Аня, скорее всего, потеряла меня.
— Ей сейчас, наверняка, не до тебя, — со значением хохотнул Королёв.
Надя непроизвольно тоже хихикнула, а потом резко стала серьезной. То, как легко они общались, на самом деле представлялось чем-то невообразимым. В самых изощрённых бреднях она себе такого просто представить не могла. Нельзя сказать, что Надежда все обиды в одночасье забыла и простила, но девушка просто научилась не акцентировать внимание на своём уязвленном самолюбии и доверилась течению жизни. Кирилл некрасиво и мерзко поступил с ней, но мужчина раскаялся и спас её от ещё более жуткой участи. Хотя бы только поэтому Виноградова должна попытаться отпустить тот эпизод. Друзьями им, конечно, не стать, а вот хорошими знакомыми вполне возможно. Вот только всё происходящее являлось слишком неожиданным. Много лет она копила обиду в душе на этого человека, а сейчас легко общается с ним. Это вызывало замешательство.
— Что случилось? — забеспокоился её собеседник.
— Это так странно, — не стала Надя юлить и прямо ответила на вопрос. — Никогда бы не подумала, что мы будем так спокойно сидеть вместе и разговаривать о пустяках.
— Понимаю, — протянул Кир, потом внезапно взял её ладошку в свои руки и улыбнулся, — но подонки бывает исправляются. Вот и я пытаюсь исправиться. Клянусь, я больше никогда намеренно не сделаю тебе больно!
Ого! Это похоже на намёк о дальнейшем продолжении общения между ними. Виноградова не могла сказать, что желает сохранить какие-то контакты с этим человеком, но и особого протеста в душе такая перспектива тоже не вызывала. Надя испытывала нерешительность и некоторую оторопь в сложившейся ситуации, вот только злости в её сердце уже не было. Остались отголоски той старой обиды, немного недоверия и горечь разбитых надежд. Боль и гнев окончательно исчезли.