Эта, мать её, модель выглядела просто убийственно привлекательно. Гладкие волосы зачесаны назад и собраны в точно такой же пучок как у меня, но смотрелся он ошеломительно по –деловому, а не так, что ей лень было выдумывать оригинальную прическу. Безупречный макияж, просто длиннющие ресницы, которыми можно было потолок пошкрябать, губы, созданные для Чупа-чупса и шикарной фотосессии с ним. Элегантные серьги в виде капелек с сверкающими бриллиантами. Серое платье – футляр, плавно огибающее все выступы идеальной фигуры и бесконечно высокие каблуки.
Новый стон отчаяния чуть было не сорвался с губ. Это нечестно! И вот на это Волгин пялится каждый божий день? Тут даже моя задница кажется так себе неинтересным дополнением.
Девушка приподняла свои совершенные брови и внимательно рассмотрела меня снизу-вверх. Унизительнее некуда. Мои щёки тут же вспыхнули, и я возненавидела эту куклу ещё больше.
- Александра Андреевна, - сказала она, - доброе утро.
- Доброе, - совсем недобро буркнула я и попыталась добраться до туалета.
- А я к вам!
Да ладно? Вот именно сейчас? И зачем это я ей понадобилась?
- Это может немного подождать? – спросила я, оттягивая грязную блузку и понимая, что ещё немного и разревусь.
- Конечно, - великодушно ответила Алина. – Я лишь скажу, что Егор Александрович просил личное дело инженера Бирюкова.
- Хорошо, - ответила я, надеясь, что секретарь Волгина пройдёт уже в кабинет и даст мне немного времени, которое конечно меня не спасёт, но всё же.
- Тогда, если вам не трудно, принесите его мне, как только…- она поводила пальчиком в воздухе, подбирая слова, а мне захотелось ударить её чем-нибудь тяжелым, - закончите. Спасибо.
И не дожидаясь ответа, упорхнула в сторону лифтов. Вот зараза! Я не обязана выполнять её поручения. Ещё раз в сердцах топнула ногой, понимая, что ввязываться в дрязги было бы ребячеством. Сделала шаг, схватила ручку двери и застыла на месте.
- Твою мать! - прошептала понимая, что мне придётся идти к Волгину.
Нет не к нему самому, конечно, но в его владения. Ведь он восседает в опасной близости от приёмной.
- Твою мать! - повторила я сердито и вошла уже в туалет.
Как бы я не оттиралась, как бы не отмывалась, одежду спасти не удалось. Я сделала только хуже. И ладно бы можно было бы сходить после обеда, я бы сбегала в торговый центр за углом и раздербанила свою заначку, купив какой-нибудь отпадный наряд, чтобы заткнуть за пояс эту фифу, но так оттягивать было непозволительно. Всевозможные ругательства кружили в голове, напрочь отвергая запреты на мат.
Бросив одежду к чёртовой матери, посмотрела на своё лицо в зеркало. Мамочки! Как там называют разводы под глазами? Глаза панды? Так вот, это даже милыми глазками панды нельзя было окрестить. Кошмар, жесть из фильмов ужасов. Сделав несколько вдохов, чтобы утихомирить дыхание, я принялась оттирать лицо и ворчать себе под нос:
- Ну вот, размечталась, дура! Расфуфырилась окрылённая сексом с Волгиным и теперь непонятно кем себя возомнила! Этот же Волгин мигом опустил тебя на землю, Быстрова! Мечтаешь слишком много! Дура, дура! Он вон какую кралю посадил в приёмную, чтобы раздевать её глазами и не только, каждый раз, когда приспичит. Интересно, а нашей замше она кто? Может какая-нибудь задрипанная племянница, седьмая вода не киселе? Она не раз уже пыталась подложить кого-нибудь под Волгина, чтобы породниться с ним.
Я снова взглянула на раскрасневшееся лицо и почувствовала себя жалкой до невозможности. Захотелось домой, под плед, со слезами и мороженым. Чуть отведя глаза заметила в отражении офигевшее лицо Ксюхи. Этого только не хватало.
- Как много ты слышала? – опуская безнадёжно плечи, спросила я.
- Ты переспала с Волгиным? – взвизгнула она и я испуганно затащила её в кабинку и закрыла за нами дверь.
- Тише, прошу, - взмолилась я, судорожно соображая, как можно было бы отмазаться. Ничего достойного в голову не пришло, а Ксюша продолжала выжидающе таращиться на меня, не скрывая нетерпения. Самооценка моя и так закатилась за плинтус, и чтобы она хоть носик показала можно и похвастаться, не вдаваясь в подробности. Ксюха могила, будет молчать как рыба. – Да, переспала.
И так легко стало на душе, оттого что поделилась. Выдохнула, опустила крышку унитаза и села на неё. Ксюха зажала рот рукой, заглушая визг и подпрыгнула. Я не сдержала улыбки. Подруга распахнула дверь, заглянула во все кабинки, проверила нет ли кого и забралась обратно, взяв на себя заботы о моём лице.