- Ты не думала о том, чтобы нам сойтись?
Ох ни хрена себе заявление! Внутри взбрыкнуло такое возмущение, что готова была пинка хорошего отвесить своему бывшего благоверному.
- Что совсем невмоготу одному? – сердито сказала. – Пришёл, как только твоя пассия свинтила? А до этого дня тебя эта гениальная мысль не посещала?
Лёша открыл было рот возразить, но захлопнул, вероятно не сразу сообразив, что ответить. Это подтвердило мою догадку.
- Ты не хочешь семью, Лёш, тебе просто неудобно одному, - сказав это, как-то успокоилась. К мужчине можно испытывать разные чувства, но то, что сейчас было у меня внутри, я считала самым неприятным. Жалость. Алексей сейчас казался жалким. И мне совсем не нравилось это чувство. – Что некому рубашку постирать?
Я присела на открытую полку шкафа в прихожей и постаралась справиться с накатившими эмоциями. Дурацкий какой-то разговор получился, неуместный и нелепый. Да и на пороге о подобном не беседуют. Жалость к бывшему мужу убила гнев.
- Блинчики будешь? – спросила и когда он кивнул, пошла на кухню.
Лучше спокойно поговорить за чашкой кофе. Василиса уже доедала свой завтрак и перемазанная в сметане и варенье, с визгом бросилась к отцу, как только он появился в дверях. По привычке налила ему чёрный кофе, поставила тарелку и подвинула вазочки с вареньем, мёдом и сгущёнкой. Вася любила есть со всем сразу. Пока отец и дочь миловались, обдумывала слова, которыми хотела выставить рамки и достичь мирного разрешения ещё одной непростой ситуации в жизни. Когда Вася упорхнула в свою комнату, чтобы нарисовать отцу рисунок, села напротив бывшего мужа и заглянула ему в глаза:
- Мы не сойдёмся, Лёш, - сразу начала с главного. – И ты сам это понимаешь. Всё, что можно было, мы уже прожили и пережили. Мы давно не любим друг друга, а в равнодушии жить тяжело.
- Но не совсем же всё ушло, Саш! – возразил он. – Мы не чужие друг другу люди.
- Да, не чужие. У нас много приятных воспоминаний, много хороших дней позади, но они позади, - я отчаянно качнула головой, ощущая ком в горле. – Где-то слышала старинную мудрость. Она гласит, что в прошлом нет будущего. Так вот, для нас точно нет. У нас есть чудесная дочь и я благодарна тебе за неё, но жить вместе больше не хочу.
Алексей молчал и в эту минуту я не могла считать по его лицу о чём именно он думал.
- И ты не хочешь. Просто ты вдруг остался один, растерялся, запутался или не знаю…- я обхватила голову руками, поставив локти на стол, и снова взглянула на бывшего мужа. – Всё наладится. Возможно не сразу, но тут только терпение поможет. Я знаю о чём говорю.
Мне казалось, что я несу несусветную чушь, но это было именно то, что я думала и чувствовала на самом деле. Алексей не возражал, возможно потому что не видел смысла, возможно, потому что понимал, что я права.
- Ты уверена? – тихо спросил он.
- Абсолютно, - даже кивнула в довесок, чтобы уж точно не осталось сомнений. – И давай больше не возвращаться к этому разговору. Если не будешь выкидывать номера, подобные вчерашнему, то сможем мирно сосуществовать и воспитывать общую дочь.
Некоторое время Алексей молчал, переваривая мои слова. На душе было тяжело. До сего дня я считала, что точка в наших отношениях давно поставлена. Мы не ссорились, не выставляли друг другу счета, прекрасно ладили. Если бы он с самого начала хотел вернуть семью, мы бы не смогли прожить это время настолько безмятежно. Думаю, для него толчком на эту глупость стало расставание с той, что грела его последнее время. И осознание того, что я тоже не сижу в тоскливом ожидании. Он был спокоен пока наблюдал за моим одиночеством.
- Ты хорошо его знаешь?
Тут же поняла о ком речь, задумалась. Ну как ответить на его вопрос? Если бы Алексей узнал всю историю целиком, у него бы волосы на затылке зашевелились. Убеждать сейчас, что мы с Волгиным в сущности никто друг другу, пытаться растолковать, что это была первая встреча, которую и свиданием –то не назовёшь, не было смысла.
- Достаточно, - прозвучало неуверенно и неопределённо, но другого ответа я дать не могла.
Алексей одним глотком допил почти остывший кофе и поднялся на ноги. Я не стала его провожать. Ему нужно немного времени и всё встанет на свои места. Хандра пройдёт, и он поймёт, что всё это было лишь нелепым порывом.
Остаток дня провела, стараясь занять себя делом, чтобы уже больше не думать. Так устала перемалывать всё снова и снова. Вечером приехала мама и мы долго-долго разговаривали за чашкой чая. Васёна не упустила момента и рассказала бабушке о Егоре, который провёл с нами половину субботы. Мама перевела на меня любопытный взгляд: