20
– Неужели она и правда Надеждину уволит? Я думала, они типа подруги.
– Подруги подругами, просто Нина воображает, что все добросовестно выполняют работу, в том числе и Надеждина. Мне она никогда не нравилась. Слишком нахальная и много о себе возомнила. Вероника, ты прекрасно понимаешь, что на одну зарплату особо не разгуляешься, потому взять немного денег можно, но только осторожно. А вот она этого не поняла, она даже в лабораторию уже года два как не ходила, раскладывала свой пасьянс и ворчала на всех.
– Все-таки нельзя так говорить о больной женщине. Ты не знаешь, кстати, как она?
– Иван говорил неделю назад, что сдала совсем. У нее уже слишком поздняя стадия лейкемии. Давай не будем о грустном. У меня сейчас хорошее настроение, и я сильно возбуждаюсь, глядя на твое декольте, – выпалил я и сам удивился. Словно бес во мне заговорил, и я ничего не смог поделать. Мне кажется, что я шокирован не меньше ее.
– Ха-ха. Хватит дурацких шуток.
– Я совсем не шучу. Мы молоды, вся жизнь впереди, ты молодая привлекательная девушка, я смотрю на тебя сейчас и понимаю, что со мной все эти годы была рядом просто настоящая красавица. И мне сейчас даже тяжело сидеть от возбуждения, – говорю я с каменным лицом, без малейшего намека на шутку.
Как же интересно наблюдать за изменением ее лица. Сначала она, приняв это за шутку, улыбалась, потом понемногу усмешка сменилась выражением недоумения и смущения. В ее глазах зажегся огонек, который мне еще не приходилось наблюдать. Неужели победа? Вот сейчас она бросится ко мне на шею, и мы уединимся в туалете. Ну или в другом спокойном местечке.
– Нет! – спокойно проговорила Вероника. – Ты, бесспорно, привлекательный молодой человек, и не стану скрывать, что ты мне даже немного нравишься, но я не понимаю, к чему этот разговор. То ты стараешься убежать и не замечаешь меня, а теперь вот это. Мне не по душе это все, и я даже на секунду не допускаю мысль об интимной близости вне отношений. Уж извини.
Будь она проклята! Меня словно окатили ведром холодной воды. Это было сказано очень честно, но в то же время так холодно, словно я какой-то слизняк. Что она позволяет себе? Она всего лишь никчемная девчонка, ни черта не смыслящая ни в работе, ни в жизни!
– Не молчи же. Скажи что-нибудь. Минуту назад ты был намного разговорчивее. Самое большее, на что я готова сейчас, это свидание. Пригласишь меня?
Не нужно мне твое свидание и даром. Я хочу получить лишь твое тело. И точка. Ладно, эта битва проиграна, но победа еще будет моей!
– Приглашу. Как насчет завтрашнего вечера? Сразу после работы, в шесть. Пойдем в кино, а потом посидим в ресторанчике. Как тебе?
– Хорошо. Я согласна! – звонит ее телефон, и она быстро отвлекается. Мое предложение так ее обрадовало. Как сразу засияли ее глаза! Что я за человек? Два года я избегал личных встреч с ней, чтобы не обидеть и не подать ложных надежд, а теперь вот зову на свидание с единственной целью – соблазнить ее и оставить. Мне становится тошно. Нет, я так не могу. Как только она договорит, сейчас же все отменю. Или нет? Но так я никогда не стану ближе к блондинке! Похоже, я схожу с ума.
21
Конечно, я ничего не отменил. Закончив разговор по телефону, она встала и кинула мне: «Ты ведь заплатишь?». В этом не было ничего страшного, но остатки моей совести испарились моментально. Я заплатил, подумав, что я купил не кофе, а ее саму, и что Вероника мне дешево обошлась. С такими дурацкими мыслями я вернулся на свое рабочее место.
Итак, работы выше крыши. Для начала надо взять независимые пробы воды и грунта на дне Невы и всех близлежащих стоков. Быть может, повезет, и окажется, что не завод оказался основным загрязнителем. Я уже встречал такое в своей практике. В деревне Новокузьминка Псковской области в водоеме вымерла вся рыба. Люди побежали, заполнили кучу бумажек, обвинив местный завод по производству железобетонных изделий. Потом же выяснилось, что всему виной была ТЭЦ, которая сбросила большое количество неочищенных сточных отходов в озеро. В итоге кому-то заплатили, и всю историю замяли. Знаю, что такое бывает крайне редко, но вдруг повезет.
– Евгений, у тебя нет копий отчетов Надеждиной?
– Есть. Но сейчас я очень занят.
– Здесь критическая ситуация, так что, будь добр, поднимись и дай мне их.
– Давай после часа. Мне надо дописать заявку на грант до обеда, чтобы Нина успела ее просмотреть и подкорректировать. А завтра последний день подачи.
– Это же всего лишь встать, сходить в соседнюю комнату и принести бумажку, ты больше времени тратишь на кофе! – иногда мне хочется взять кирпич и стукнуть им Женю по голове. До чего же он тупой! Работает у нас уже второй год, но до реальной работы его так и не допустили. Поэтому ему не остается ничего иного, кроме как заниматься всякими бумажками да помогать в лаборатории, если там требуется помощник. В общем, работник совсем ненужный, но он сын друга Михаила Робертовича, нашего босса. Вначале мне показалось, что странно на такое место идти по знакомству, но через неделю общения с Женей все стало ясно: ему просто нигде не удержаться с такими мозгами и таким нахальством. – Мне не до шуток. На нас в суд подают, а ты сидишь, как осел. Не убежит твоя заявка!