- Я понимаю, – говорит Хань, начиная слегка поглаживать мое плечо, где кожа тут же словно воспламеняется от приятных ощущений. – Ты не виновата. Просто так сложились обстоятельства…
- Так же, как и у нас с тобой, верно?.. – тихо произношу, наконец успокаиваясь и надеясь, что парень не отпрянет из-за того, что я вновь задела эту скользкую тему. Но он не шевелится, и, стараясь не волноваться, продолжаю: – Почему ты не хочешь говорить о клубе со мной?
- Потому что общение партнеров вне клуба запрещено, - отвечает он ровным тоном, вызывая у меня мурашки по коже. – Никто не должен узнать, что мы соседи, живущие напротив друг друга.
- Значит, ты поэтому избегаешь меня? – с горечью спрашиваю, и он негромко хмыкает, слегка пожимая плечами.
- Нет, не поэтому.
- А почему тогда?
- Идем, нам пора, - резко говорит парень, и что-то странно щелкает у него в кармане брюк. Хань нервно касается штанины рукой и ловит мой любопытный взгляд, поспешно объясняя: - Это такой прибор – типа пейджера.
После чего, не дожидаясь моего ответа, он поднимается на ноги и быстро идет к выходу, оставляя дверь открытой для меня. Сглатываю непрошеную слюну и нахмуриваю лоб, изучая свое отражение в висящем напротив зеркале. Наверное, ему просто не нравятся такие девушки, как я, а клуб – это только работа. Хватит уже быть глупой, Пак Джису.
Грустно улыбаюсь и направляюсь к выходу. В конце концов, у нас впереди еще много работы, и я тоже должна помочь своему соседу, делая вид, что все в порядке. Наверное, так будет проще и правильнее.
Впрочем, остаток дня пролетает достаточно быстро, и, пока мы загружаем грузовичок, а после вместе с водителем едем по нужному адресу для того, чтобы доставить вещи, солнце привычно заходит за горизонт, а мы с Ханем так и не говорим друг с другом. Мне неловко, да и он снова натянул маску безразличия и отстраненности – как при первой нашей встрече.
Весь наш разговор после того, что произошло в квартире, ограничивается кратким обсуждением двух старых гитар, принадлежащих бабуле Им. Она решила выбросить их на помойку, но мне стало жаль инструменты, и я предложила забрать их себе. Лу тоже сказал, что может взять одну, ведь раньше отлично играл, поэтому старушка только обрадовалась, что гитары не придется выбрасывать и они еще послужат верой и правдой другим людям.
Когда мы возвращаемся домой, на улице уже очень поздно, но старушка приглашает нас к себе и, напоив чаем, приносит черный пакет, в который что-то завернуто.
- Это вам небольшая благодарность от меня за помощь!
- Не стоит… - я поспешно мотаю головой, но Соён все равно настойчива и вручает пакет мне, при этом хлопая Ханя по плечу.
- Надеюсь, что и ты разделишь с ней этот подарок.
Парень удивленно кивает, растягивая губы в неуверенной улыбке, и мимолетно смотрит на меня, отчего кончики пальцев на ногах волнительно покалывает. Я опускаю глаза и думаю о своем до того момента, как мы покидаем квартиру бабули, обещая помочь ей в будущем еще, если вдруг понадобимся.
Бредем на свой этаж, и мне чуточку неудобно от той тишины, что нас сопровождает, поэтому, слегка поворачиваясь к позади идущему Ханю, запинаясь, говорю:
- Н-не зайдешь ко мне на минутку?
- Зачем? – удивленно спрашивает он, а я киваю на пакет.
- Посмотрим, что там.
- Забирай себе, мне это не нужно, - коротко улыбается он, и внутри что-то обрывается от разочарования, однако все-таки решаю не отступать и уверенно говорю:
- Я не хочу так. Раз уж госпожа Им сказала, что это для нас, значит, пусть так и будет. Хочешь ты того или нет!
Лу слегка ухмыляется, но в итоге соглашается зайти «на минутку», чтобы посмотреть подарок. Вскоре мы оказываемся у меня и идем на небольшую кухню, единственную комнату со столом. Парень садится напротив, а я раскрываю пакет, изумленно глядя на бутылку красного вина.
- Ух ты, это очень дорогое вино, - бормочет Хань, рассматривая со своего места этикетку, и я протягиваю презент ему.
- Откроешь?
Он недоверчиво смотрит на меня, словно перебирая в голове, стоит это делать или нет, но в конце концов берет бутылку и быстро справляется с пробкой, пока я достаю чистые бокалы и ставлю на стол. Парень неторопливо разливает алкоголь и, когда бокалы частично заполняются, один протягивает мне, а второй берет сам, поднимая его в воздух.
Мы на мгновение соединяем хрусталь и под исчезающий короткий звон делаем глубокие глотки, чувствуя терпко-сладкий вкус алкоголя. В груди сразу же появляется приятное тепло, что скользит вниз к желудку, и я понимаю, что хочу еще.
Мы пьем молча, каждый из нас задумчив и находится сам в себе, но это бесспорно приятная тишина, и, когда бутылка становится пустой, я даже не сразу это замечаю и лишь растерянно моргаю, видя, как все плывет перед глазами из-за выпитого, а тело настолько расслабленно, что я не могу пошевелиться.
Однако, как только Лу поднимается, чтобы уйти, я вдруг резко вскакиваю за ним и обнимаю за талию, отчаянно пытаясь остановить его. Он замирает, не понимая, что со мной, и я, борясь со страхом, тихо шепчу:
- Останься…
- Я не могу, - еле слышно выдыхает он, накрывая мои руки своими ладонями. – Мы не в клубе.
- Никто не узнает, честно-честно… - едва сдерживаю себя, чтобы не зареветь, потому что сентиментальности в этот день у меня просто переизбыток, как и сумасшедшей любви к этому парню.
Хань некоторое время молчит и просто стоит вот так, будто думая о чем-то. Я же тихо жду его ответа и надеюсь, что он будет положительным. Поэтому слегка теряюсь, когда Лу вдруг оборачивается ко мне, обнимает за талию и мягко притягивает меня к себе, заглядывая в глаза.
- Я сделаю это только при одном условии.
- Каком? – непонимающе спрашиваю, и он неопределенно качает головой, отводя взгляд в сторону.
- Потом узнаешь.
Смотрю на него, даже не представляя, что этот человек задумал, а он ведет меня за руку прямо в комнату, и у меня отчего-то начинают дрожать коленки. Мой партнер по клубу останавливается у самой кровати и долго смотрит мне в глаза, наверняка замечая, что я сильно пьяна. Но мне все равно, главное, что он рядом, а большего мне не надо.