— Я предупредил тебя, Дарина. Я предупредил. И если ты считаешь, что моё мнение хотя бы что-то изменит, то лучше сдохни.
Ты вынуждаешь меня убить тебя, и я это сделаю. Ради Таллии. Ради моего с ней будущего. Она моё будущее. Ты моё прошлое. И я больше не привязан к этому прошлому. Я не привязан к тебе. Мы чужие друг для друга, Дарина. Я тебе не брат, ты мне не сестра.
Не ищи подвоха, я просто устал от тебя. Я устал уже давно, но ты травила меня виной. И единственный человек, который помог мне выжить, это Таллия. Она показала мне, что я лучше того дерьма, которое тебе нравится. Я лучше и чище тебя. И я буду другим для неё. Тронешь мою семью, прощайся с жизнью. Это моё последнее предупреждение, Дарина. Ты знаешь, что когда я ставлю себе цель, то всегда добиваюсь её. Помимо этого, я умею легко манипулировать страхами Энрики. Я знаю их. И тогда рядом со мной встанет Слэйн. Тебе не хочется встретить такую смерть, Дарина, поэтому начинай жить сама. Без меня. Меня в твоей жизни больше нет. Я сдох в тот день, когда ты изуродовала меня. Но именно это стало жёстким отбором для женщин. И одна из них прошла все отборы и сложности рядом со мной. Она выстояла, значит, выстою и я. А вот ты, — пренебрежительно оглядываю сестру и хмыкаю, — вряд ли выстоишь.
— Поэтому я предупредил тебя в последний раз. Я больше не хочу иметь что-то общее с тобой, Дарина. Если ты встретишь меня, то переходи на другую сторону улицы. Иначе я замечу тебя и убью. Я клянусь, — ставлю точку в этой истории. Я больше не собираюсь возвращаться к этому и теперь начну новую жизнь.
Другую жизнь, чтобы не бояться будущего с Таллией.
Выхожу из дома Дарины и закрываю глаза, вдыхая свежий воздух. Мне стало лучше. Да, я всегда буду помнить то дерьмо, которое было у меня в прошлом. Но теперь я могу жить с ним и сделать всё, чтобы оно мне не мешало быть вместе с Таллией.
Подходить этой женщине, настолько искренней и честной, доброй и отзывчивой, что моё сердце наполняется теплом.
Я не помню, когда был так счастлив. Правда. Еду домой с улыбкой на лице, заскакиваю в магазин и ресторан. Я не собираюсь выходить из дома сегодня. Этот день я отдам Таллии и отвечу на все её вопросы, если такие будут. Ещё мне нужно её убедить пойти со мной на свадьбу Фарелла. Да, я не боюсь. Я не боюсь. Пусть все увидят и поймут, что я больше не один. Ещё несколько часов назад я хотел отпустить Талию. Сейчас же я этого не сделаю. Я больше не буду удобным для всех. Буду удобным только для неё. И если она прикажет мне, перестать работать на Слэйна, общаться с ним или что-то подобное, то так тому и быть.
Я исполню все её желания. Я стану её волшебником.
Вхожу в квартиру и прислушиваюсь к звукам. Здесь так же тихо, как и было, когда я уезжал. Аромат клубники продолжает витать вокруг меня. Я отношу пакеты в кухню и достаю завтрак для нас обоих. Выкладываю всё по тарелкам и несу в спальню. Когда я вхожу туда, то постель пуста и внутри меня образуется панический ком. Я резко поворачиваю голову и вижу Таллию, стоящую в моей футболке, в проёме двери ванной комнаты. Страх отступает, и я улыбаюсь ей. Её влажные волосы спадают на плечи, губы ещё припухшие и от этого кажутся алыми на фоне белоснежной кожи лица. Глаза огромные, и в них сотня вопросов.
— Привет, — говорю я и ставлю поднос на кровать. Я беру букет цветов, которые купил для неё. Такие же нежные и романтичные, как она сама.
— Привет, Каван, — тихо отвечает Таллия. Её щёки розовеют, когда я протягиваю ей букет.
— Они такие красивые, — с улыбкой шепчет Таллия и вдыхает аромат чайных роз.
— Не такие красивые, как ты. — Моя ладонь скользит по её талии, и я согреваюсь в этом ореоле невинности и нежности. Я дома. С ней я дома. Рядом с ней я вижу краски, и мне больше не больно. С ней я живу по-настоящему. Чувствую себя кем-то большим, чем просто неожиданным знакомым. Как будто вчера была наша брачная ночь, а сегодня мы вместе начинаем новую жизнь.
— Как ты себя чувствуешь? — интересуюсь я.
Таллия краснеет ещё больше и смущённо улыбается.
— Хорошо. Всё в порядке. Немного некомфортно, но мне понравилось. Спасибо, Каван. — Таллия целует меня в щёку, и я горжусь собой. Я чертовски горд тем, что выдержал время, разобрался в себе, рассказал ей правду о себе, узнал Таллию и только после этого сблизился с ней. Я знаю, что Таллия особенная женщина. С ней нельзя поступать плохо или же так, как я вёл себя с другими. Она достойна самого лучшего в этом мире.
— Это пройдёт. Думаю, ты голодна. — Я веду её к кровати, и её глаза вспыхивают от радости.
— Ох, Каван, ты такой внимательный. Я не думала, что ты такой.
— Какой?