Меня ведут в спальню, и здесь тоже всё в крови. Я подхожу к телу Дейдры, и ни один мускул не дрогнул у меня на лице. Я видел много трупов. Видел их слишком часто, чтобы волноваться из-за ещё одного. Дейзи не просто оттолкнула Дейдру, она заколола её ножкой от стула. Она выпотрошила её, пребывая в состоянии аффекта из-за страха за Кифа. Из-за мужчины, которого она любит.
— Нужно это убрать и выставить всё, как несчастный случай.
Узнайте, выписали её из клиники, что маловероятно, или она сбежала. Вы знаете, что делать. Но сообщение о её смерти должно появиться только после свадьбы Фарелла, не раньше, — сухо говорю я.
— Да, сэр. Мы проследим за всем и за соседями тоже.
— Каван, я наложила жгут над раной. Артерия не задета, но Киф получил сильный удар по голове и из-за этого потерял сознание. Он…
Кровь леденеет в моих жилах.
— Нет! — ору я, разворачиваясь, и делаю шаг, чтобы не позволить Таллии увидеть это. Но я не успеваю. Все краски слетают с лица Таллии, и она смотрит прямо на пол, где лежит труп матери Кифа с выколотыми глазами, вспоротым животом и вывалившимися кишками.
— Не смотри, — шепчу я, закрывая ей обзор.
Губы Таллии начинают дрожать. Она поднимает на меня глаза, наполняющиеся слезами.
— Таллия… иди сюда. — Я тяну к ней свои руки, но она разворачивается и несётся прочь от меня.
— Сэр?
— Я сам разберусь.
Теперь можно считать, что моя история закончилась. Я всё потерял. Я потерял своё будущее из-за прошлого.
Глава 37
Таллия
На улице меня выворачивает наизнанку. Я нагибаюсь, и меня рвёт и рвёт. Нет, конечно, я видела уже трупы. Видела труп брата и Мирьем. Но я не видела трупов, которых жестоко убили и разодрали их кожу, вытащили кишки, вырвали сердце и выкололи глаза. Такого я точно не видела. Моя работа, конечно, предполагает нечто подобное, но я ещё «зелёная». Я не дошла до того уровня, когда при виде такого трупа меня бы не стало рвать.
— Таллия.
Мне на спину ложится ладонь Кавана. Он протягивает мне бутылку воды и платок. Вытираю рот, горло дерёт, и я не знаю, что мне делать дальше. Я в шоке. Не думала, что увижу что-то подобное.
Точнее, увижу это в период отношений с Каваном по его же просьбе.
Я и так была вся в нервозном состоянии, потому что боялась за жизнь Кифа, пока осматривала его и обрабатывала раны. Я не врач, чёрт возьми. Я ещё даже не начала учиться. Я просто знаю теорию. Общий материал. И я готова проконсультировать по простуде или герпесу, но не находить пилу и скальпель в «аптечке» Кавана, как и не проводить такие вещи без лицензии и опыта. Чёрт.
Каван открывает бутылку воды и прислоняет её к моим губам. Он заставляет меня сделать пару глотков. Вода кажется слишком сладкой и приторной. Меня знобит от того, что я видела. Знобит не потому, что трупы — это противно, что однозначно так и есть, а потому что Каван не рассказал мне всю правду о себе. Я боюсь узнать больше о его «работе». Боюсь, что он окажется тем, от кого я должна спасать людей.
Я вижу красные огни за спиной, отражающиеся в отполированных машинах, припаркованных рядом. Каван хватает меня за руку и отталкивает в сторону. Он прячет меня за собой, пока медики выскакивают из машины. Они действуют так чётко и тихо.
Правда, это так. Они словно запрограммированы или вышколены, как солдаты. Медиков много, и я подозреваю, что вторая машина для трупа, потому что форма на людях другая. Все молча проходят мимо нас, Каван только наблюдает за ними. Затем появляется третья машина, из которой выскакивают полицейские. Двое мужчин в чёрном, которые прибыли сюда вместе с нами, встречают их, и они быстро переговариваются о чём-то. Если честно, то я шокирована и восхищена, насколько отлажена их работа. Четвёртая машина паркуется за полицейской. Из неё выходят люди в комбинезонах, в их в руках всё, что нужно, для генеральной уборки. Господи. Это не в первый раз. Я словно кино смотрю, выглядывая из-за спины Кавана. Он следит за тем, как выносят труп в чёрном пакете и быстро прячут в машине. Она уезжает, а потом… я слышу душераздирающий крик Дейзи, от которого у меня кровь стынет в жилах. Так может кричать только человек, который потерял кого-то очень любимого и важного. Я вскидываю взгляд к лестнице.
На каталке выносят Кифа, а Дейзи пытается схватить его за руку. Она вся в крови, и по её щекам скатываются слёзы. Дейзи в шоке. Она боится.
— Заткни её, — рычит Каван. Один из мужчин хватает Дейзи и грубо закрывает ей рот. Она такая хрупкая и одинокая.
— Отпусти, — злобно приказываю я и выскакиваю из-за спины Кавана.