— Прощай, — шепчу я и быстро выхожу из машины.
— Таллия! — Каван выскакивает следом за мной. — Стой. Почему ты это сказала?
Ладно. Он хочет знать, значит, пора открыть ему глаза.
Резко разворачиваюсь и собираюсь с духом.
— Что происходит, Таллия? Я думал, что мы всё решили. У нас всё хорошо, да?
— Нет, Каван, у нас не всё хорошо. Дело в том, что «нас» не существует, — решительно говорю я.
— Что? О чём ты? Что случилось? Тебе Энрика что-то наговорила?
Тебя кто-то обидел? Тебя напугал Слэйн? Не волнуйся, я ушёл и больше не буду работать на семью Ноланов. Завтра я улажу все формальности и буду свободен. Я…
— Каван, хватит играть. Это унизительно и для тебя, и для меня, — с горечью в голосе перебиваю его.
— Не понимаю. Объясни мне. Таллия. — Каван тянет руки, чтобы обнять меня или прикоснуться ко мне, но я делаю шаг назад.
— Ты несчастлив со мной. Я не смогла подарить тебе ощущение заботы, чувства нежности и того, что ты больше не одинок, Каван.
— Что за чушь?! — возмущаясь, он повышает голос.
— Ты сам сказал об этом на свадьбе. Вспомни, что ты говорил.
И тот факт, что ты до сих пор завидуешь Слэйну и его счастью, доказывает, что между нами ничего и не было. Я была для тебя лишь забавой. Игрушкой, с которой ты коротал время. Но я не стала той женщиной, которая хотя бы чуть-чуть могла бы подарить тебе ласку и заботу, о которой ты говорил. Ты до сих пор одинок и несчастен.
Ты до сих пор страдаешь и считаешь, что тебя бросили. Выходит, что все мои усилия, всё моё время, потраченное на тебя и на то, чтобы помочь тебе, пыль, ничего не значащая для тебя, — с болью шепчу я.
Больше не могу не сдерживать слёзы. Они собираются у меня в глазах.
— Нет, Таллия. Ты не так поняла.
— Я всё поняла так, Каван. Ты сказал, что тебе не хватает радости, улыбок, веселья, смеха, заботы и ласки. Но я думала, что всё это у нас с тобой было. Оказывается, это было только у меня, а не у тебя. Ты не придал этому значения, потому что я тебе не важна так, как ты мне важен. Я не та, Каван. Я поняла, что сколько бы усилий я ни прикладывала, чтобы сделать тебя счастливым, никогда не смогу этого сделать. Ты всегда будешь рядом со мной завидовать Слэйну и Энрике, обесценивая меня в своей жизни. Поэтому я считаю, будет правильным, больше нам не встречаться. Никогда. Это значит, что никогда, Каван. Сам подумай, зачем мы тратим время друг друга? Это ведь больно. И сейчас мне очень больно, Каван. Мне страшно осознавать, что всё, через что я прошла рядом с тобой, для тебя ничего не значит. Ты со мной тоже был несчастен. И теперь я понимаю, почему ты не можешь отпустить прошлое ради меня. Я для тебя никто. Я не та, ради кого ты будешь менять своё восприятие жизни. Я не та, чью любовь ты сможешь принять. Я просто не та, вот и всё. И прежде чем ты попытаешься переубедить меня, я хочу, чтобы ты подумал над каждым своим словом. Взвесь их и тогда ты увидишь, что я права. Сегодня ты поставил точку в наших отношениях. Я выдумала себе наше будущее и благодарна тебе за то, что ты открыл мне глаза, — быстро вытираю слезу и стараюсь улыбнуться, глядя на потрясённого Кавана.
— Прости за то, что мне не удалось помочь тебе. Я, правда, старалась. Мне казалось, что я смогу, но потерпела поражение. И уж лучше признаться в этом сейчас, чем тогда, когда я бы влюбилась в тебя и узнала, что я для тебя просто временное развлечение.
Лучше так. И пусть моё сердце вновь разбито, но я рада тому, что это всё не зашло слишком далеко. Я не та, и мне очень жаль, Каван. Но я хочу, чтобы ты нашёл ту самую женщину. Нашёл и полюбил её, как и она тебя. Я желаю тебе только счастья. Прости меня, Каван, за то, что я не смогла, — сквозь слёзы целую его в щёку и, разворачиваясь, бегу к дому. Поток слёз уже не остановить. Я реву, как глупая дурочка, которая вновь поверила в сказку.
Поднимаюсь в квартиру, надеясь, что Ал дома и сможет помочь мне сейчас. Но его нет. Наверное, это хорошо. Я падаю на пол и плачу в голос, потому что больно понимать, что моя любовь была обесценена и растоптана. Каван сказал самые жестокие для меня слова. Я не смогла, а так старалась! Я старалась принять всё, простить, помочь, поддержать! Но выходит… выходит, что всё зря.
Сквозь свой скулёж я слышу звонок в дверь и качаю головой. Я не могу и не хочу сейчас видеть Кавана. Между нами всё кончено.
Теперь окончательно кончено. Но Каван безумно настойчив. Он звонит и звонит в дверь. Я поднимаюсь, вытираю на ходу мокрые щёки, и мне плевать, что он увидит меня в таком виде. Мне всё равно, потому что я никогда не стану для него особенной. Поэтому какая разница из-за него плачу я или нет?
— Уходи, пожалуйста, — всхлипнув, я распахиваю дверь, и моё сердце моментально уходит в пятки.