Странным образом иногда вампиры встречают на жизненном пути кого-то, кто становится для них дорог. Более того, иногда, очень редко у вампиров рождаются дети. Вот тогда вампиры встают перед дилеммой: потерять любимого человека или даже дитя, когда придёт их срок, или обратить их. Сделать себе подобными. Чаще всего они выбирают второе. В случае, если согласие на обращение присутствует с обоих сторон: и со стороны вампира и со стороны потенциальной жертвы, проводится специальный ритуал, и в нашем мире появляется новый вампир. Нет, это не новообращенный, как можно было бы подумать. Такой вампир тоже является истинным. Новообращенными же называют вампиров, которые появились либо случайно, либо их обратили без специального ритуала. Для обращения нужна кровь, но вампиры редко пьют человеческую кровь. Энергия питательнее и вкуснее. А если и пьют, то очень аккуратно, так что жертва и сама не подозревает. И никогда не пьют и энергию, и кровь у одной и той жертвы. Слишком опасно. Большая вероятность, что жертва не выживет.
Новообращенные вампиры появляются в том случае, если сама жертва, у которой вампир выпивает кровь, хочет стать вампиром. В реальности такого почти никогда не происходит, разве что случайно истинный вампир нарвется на экзальтированную девицу, насмотревшуюся сериалов. Теоретически знающие о существовании вампиров могут попросит их обратить специально. Хотя подобное случается очень редко.
Разница между истинными и новообращенными вампирами как раз в жажде крови. Новообращенные без крови жить не могут, потому как энергией питаться не способны.
— Подожди, — заметила я логическую нестыковку в рассказе Эдгара, — значит, нашим преступником не может оказаться новообращенный. Он же пил и кровь и энергию.
— Это так. Но существует много других способов выкачать энергию из человека. Любой маг справится. Для этого не нужно быть вампиром. И разницу не увидишь. Собственно, потому я и надеюсь что Анатольвинг поделится информацией после посещения места преступления. Он, скорее всего, может понять, был ли там вампир или мы имеет дело с имитацией. В общем, истинные вампиры появляются в нашем мире крайне редко. Просто потому, что вампиры не часто привязываются к обычным смертным настолько, чтобы провести ритуал. Что за ритуал, я не в курсе, вампиры держат это втайне, но знаю, что непростой. В одиночку его не проведешь. Нужно разрешение и помощь главы гнезда. Это как раз Анатольвинг. А новообращенные вообще почти не встречаются. Потому что кому в голову придет становиться вампиром? Люди в вампиров большей частью не верят. А маги, которые о существовании вампиров знают, подобным способом продления жизни брезгуют. К тому же сильному магу и так не составляет труда подлить свою жизнь на довольно длительный срок. Ты, например, представляешь, сколько лет Снежной?
— Неа. Сколько? И, кстати, сколько лет тебе?
— Много. — усмехнулся Эдгар. — Снежной много, а мне поменьше. Не стану пугать тебя точными цифрами
— Тю-ю-ю. А то я не догадывалась, что вы оба дряхлые зануды.
— Не такие уж и дряхлые. — почему-то обиделся Эдгар. — Особенно я.
Решила тему не педалировать. Потом сама разузнаю. У той же Анны. Думаю, эту информацию она от меня держать в секрете не станет.
— Тем не менее, маги не бессмертны. Так почему ты считаешь, что никто из них не соблазнится вампирьей долей? — вернулась я к теме разговора.
— Посмертное существование в виде нежити, (вампиры, как ни крути, всё же нежить), так себе. На любителя. Не рекомендую. Впрочем, тебе как ведьме такое и не светит. Ведьм вампиры уважают. Больше, чем кого либо из магического сообщества. Поэтому пить кровь у ведьмы ни один вампир не станет. Кстати, о чем старый кровосос с тобой в самом конце говорил? Что ты боишься сделать?
— Понятия не имею, — соврала я.
Эдгар метнул в меня взгляд, полный подозрений. Кажется, он мне не поверил, но продолжать расспросы почему-то не стал.
Анатольвинг позвонил Эдгару через пару часов. Мой напарник был немногословен, и я слышала с его стороны только: «угу, ага, да, я так и думал, спасибо». Не сильно представительный набор слов, поэтому после окончания разговора я вцепилась в него клещом, требуя рассказать мне о результатах вампирьего расследования.