Гримуар давай, дорогой, не подведи. Семейная книга заклинаний лежала на тумбочке у кровати. Я завела привычку заглядывать в неё перед сном в надежде отыскать что-нибуть новое, полезное. Периодически заклинания появлялись, но большинство страниц были девственно пусты, явно намекая на мою малообразованность.
В этот раз гримуар опять не захотел помочь бедной ведьме. Никаких новых заклинаний. Подлость какая! Злиться дальше мне помешал звонок от мамы.
— Привет, Мишка. Как ты?
— Злюсь! — честно ответила я мамуле. — Нет, ну мне вредной по природе быть положено. Я ж ведьма! Но почему вокруг меня исключительно люди с несносным характером обитают?
— А-а-а-а, это нормально, — успокоила меня мама. — Так всегда бывает. Ведьмы притягивают таких. Иначе нам быстро становится скучно.
— Можно и поскучать иногда — буркнула я, хотя злиться перестала. Мама всегда действовала на меня успокаивающе.
— Я тебе чего звоню. Приезжай. Навести мамулю. Заодно заберёшь дневники наших злосчастных предков.
— Ты же не хотела мне их давать?
— Не хотела. И теперь не то чтобы хочу. Но бабуля твоя требует.
— С того света?
— Ага. Третий день мне снится. Костерит меня во все тяжкие. За всё подряд. Думаю, если дневники тебе отдам, то может, отстанет?
— Не уверена. Мы, Иль, упрямые. Если уж бабуля до тебя добралась, то не отстанет, пока всё, что накопилось не выскажет. Но попробовать можно. Приеду прям сегодня. Благо с работы удалось смыться пораньше.
Закинув в багажник любимый торт мамули, а на заднее сиденье обоих питомцев, я отправилась за город. Успела до образования вечерних пробок, всё же гибкий график работы имеет свои преимущества.
Мама с Кефом и Федькой лично ещё была незнакома. Естественно, по телефону я ей уже все уши прожужжала и про говорящего кота, и про нетопыря, в прошлом бывшего вампиром. Но личное знакомство — это всё же другое. Мне кажется, Федька слегка волновался. Оно и понятно, нетопырей многие недолюбливают. Кефиру в этом смысле было проще. Во-первых, котиков в основном любят, во-вторых, он наглый и самоуверенный тип. Такая мелочь, как знакомство с мамой хозяйки, его из равновесия вывести не способна.
Но сначала Кефиру пришлось познакомиться с маминым соседом. Дядя Ваня добрейшей души человек, но, к сожалению, в деревенский магазин исправно завозят водку. Человек слаб, а водка крепка — целых сорок с лишним градусов. Поэтому дядя Ваня вел с ней долгую и продолжительную борьбу. В смысле, по мере возможности уничтожал злосчастный продукт. Надо отдать дяде Ване должное, в запои он уходил ненадолго, хоть и регулярно. Так уж вышло, что сегодня встретили мы дядю Ваню именно в запойный период. Кефир, бодро выпрыгнувший из машины размять лапы, я с тортиком наперевес и метлой под мышкой, нетопырь Федька, нервно описывающий круги у меня над головой. Зачем метла? Ну, раз уж я за город выбралась, хоть полетаю ночью, потренирую навыки метлопилотирования. Анна научила меня летать недавно. Новенькую метлу мы приобрели у знакомой ведьмы, специализирующейся на метлостроении. Прелесть, что такое, а не метла! Веточка к веточке, лакированная рукоятка и расписанная старинной вязью. Не просто так для красты расписанная, а по делу. Для усиления маневренности. Ведьмы довольно часто используют древние руны, вкладывая в них силу. Получается что-то вроде амулета, хотя и не совсем амулет. Действуют руны только на других ведьм. Опыта полетов на метле у меня пока с гулькин нос, летать в городи мне начальство запретило. Вот и приходилось ездить подальше от цивилизации, чтобы тренироваться.
Дядя Ваня недоуменно уставился на нашу дружную компанию. Меня он сразу узнал, но здоровенная летучая мышь его, видимо, смутила. Федька, расслабившись, вылетел наружу в своём обычном облике. Осознав это, нетопырь повернул кольцо на лапе и быстренько превратился в попугая. Не думаю, что это существенно улучшило ситуацию. Скорее наоборот. Когда с пьяных глаз тебе мерещится громадная летучая мышь, это пол беды, но если она при этом превращается в здоровенного какаду, поневоле задумаешься о состоянии здоровья. Дядя Ваня на всякий случай потряс головой, но попугай, я и кот никуда не делись. Не успела я придумать разумное объяснение происходящему, как выступил Кефир.
Белоснежный кот принюхался и, сморщив нос, заявил во всеуслышанье:
— Водка-то палёная. Не понимаю, зачем люди пьют такую гадость. Тем более в деревне, где молочко свеженькое, сливки жирненькие.
Дядя Ваня уставился на говорящего кота с ужасом. Потом, взглянув на меня, он, наконец, обрел дар речи и спросил.